Забаглионе

Четвёртый, на вид ничем не обеспокоенный и не привлекающий глаз специалиста, не старый ещё мужчина приятной ухоженной наружности. Как позже мне пояснила Кэтрин, работали они вначале в индивидуальных сессиях. Мужчина находился в состоянии эмоционального вакуума из-за психологических травм. Но как только прогресс, пусть и небольшой, стал очевиден, Кэтрин настояла на смене формата сессии – на более социальный, живой. Пятый участник группы был самым молчаливым. Женщина. Невероятно красивая. Она заняла дальнее и малоосвещённое место в комнате.

Представилась Анной. В разговор не вступала, но Кэтрин это, кажется, и не беспокоило.

Кэтрин начала. Задавая темп, тон и нужный эмоциональный окрас, она добилась того, что через очень короткое время большая часть присутствующих раскрепощено делилась с ней и друг другом своими переживаниями. Их эмоции цеплялись одна за другую, подталкивая к большей откровенности и полному доверию. Прекрасный и довольно скорый результат меня искренне впечатлил.

Участники не испытывали стеснений, сжатости. Кэтрин была погружена, как говорится «с головой», не замечая ничего и никого за рамками процесса. Как и я. Через некоторое время Кэтрин подошла ко мне и негромко сказала:

– Вы с Анной должны сейчас вместе уйти.

Я, видимо, смотрел с плохо скрываемыми удивлением и досадой. Во-первых, я бы предпочёл послушать и посмотреть на дальнейшую работу в группе. Во-вторых, что я буду делать с Анной? Я её не знаю. Кто она, пациент? И куда мы пойдём? В-третьих,

– Не надо множить мысли и эмоции.

Больше доверяйте себе. И мне, – Кэтрин опередила все вопросы и осторожно коснулась руки.

Для меня всё ещё было странно чувствовать такое понимание и в то же время свободно держаться на безопасном расстоянии от эмоций. Я выдохнул, встал и подошёл к Анне. Она мне улыбнулась, молча, поднялась, и мы покинули это уютное место.

На улице уже был вечер. Тихий, майский безветренный. Несколько минут мы шли молча, и как-то вместе, не сговариваясь, повернули за дом и направились в сторону шумного парка.

Здесь нас сразу встретило много света и звука. Собаки, люди, дети, разговоры, в общем – жизнь. Мы замедлили шаги у ближайшего кафе. Зашли и сели. Теперь я видел этого человека яснее для составления хоть каких-то мыслей о нём. О ней, конечно. За те немногие месяцы работы я сумел приучить себя к профессионально-бесполому восприятию клиентов.