Забаглионе

И так, внезапно для себя, я полностью погрузился в ощущения.

Как же гармонично устроена эта жизнь… День сменяет ночь, лето, зима, дождь, рассвет – всё подчинено этой мудрости. И совсем не важно, в какие обстоятельства ты поставлен, ты должен выполнить возложенное. Слова Виктора, о нашем долге теперь выглядели не так уж и отвлечённо. Дерево растёт, вода течёт, цветок распускается – инстинкты толкают всё живое вперёд, дальше, к его неминуемой эволюции. И только человек, с его «исключительным интеллектом» и рационализмом останавливается и пытается всё просчитать и обезопаситься – как избежать, где сойти, от кого вовремя отказаться… Можно ли повернуть это заржавевшее колесо заблуждений? Думаю, нет, ведь абсолютно каждому страшно прямо и честно идти вперед.

Мало кто помнит среди беспокойства и суеты, что он не один и рядом такие же несовершенные, сомневающиеся люди. Кто в наш век способен быть смелее себя самого, ясно видеть цель и делиться этой смелостью? И принимать, что он одно целое со множеством важных и нужных жизней… Как было бы прекрасно, если б среди них нашёлся один близкий и верный…

Незаметно пролетела просто уйма времени.

Становилось душно. Наверное, шла гроза. Я машинально встал и не спеша отправился в сторону дома. Сейчас мной уже ощущалась физическая усталость, и сон выглядел весьма привлекательно. Но у дома стояла незнакомая машина, тихо двигатель работал. Интересно, кого ждали так поздно? Дверь водителя открылась, и мою усталость как рукой сняло.

– Дорогой мой, неужели ты до сих пор склонен к переоценке своих сил и возможностей? Есть вещи, которые нельзя преодолеть в одиночку, – Виктор усадил меня, громко хлопнув дверью.

– Я хочу, чтоб ты запомнил, Алекс, – продолжил он, садясь за руль, – пока я рядом, всё будет в твоей жизни чуть легче, поскольку тебе не одному придётся развязывать свои старые узлы. Ответь мне сейчас, я больше не спрошу, ты доверяешь мне? – Виктор говорил тихо, твёрдо, но лёгкое волнение я уловил.

Да и вопрос был странным. Можно ли безоговорочно доверять человеку? Не другу, не родственнику, кого знаешь хоть какое-то время. Доверять и жертвовать правом действий и решений? Или же доверять и растворяться в спокойствии? А ведь ответ был очевидным, чересчур очевидным для меня.

– Я доверяю тебе, Виктор. Думаю, ты это и сам знаешь.

Он выглядел чем-то озабоченным.

– Поехали. Ты устал.