Ангел-хранитель аллеи Ангелов

И во только теперь спустя десятки лет, пройдя крушение Царства Божьего СССР и даже почти лишившись этого гордого чувства непобедимости, я вновь возвращаюсь к нему: осознав, какая непобедимость зла нам противостоит.

Какая непобедимость зла – вовне, и какая непобедимость зла – внутри: и то, и другое часто приходят под личиной простого блага и для родины, и лично для человека.

А мне приходится противопоставить этой простоте (плоского понимания) – объём прозрения, его многомерную сложность: противостать простоте разложения (это и есть преисподняя) необозримую сложность бытия.

Мой Иосиф Виссарионович порой решал такие вопросы без дискурса. В какой-то мере он был прав: человека убеждённого сложно и почти невозможно переубедить. Особенно в том, что его понимание блага смертельно для всех.

Мой Иосиф Виссарионович понимал, что победить такое зло невозможно. Что распад всегда победит.

Потом, у него никогда не было времени на такой дискурс. Он убирал из реальности носителя такого дискурса: тем самым получая немного времени на реальные дела.

А то что сам он совершал невообразимое зло, так есть на то слова: если ад восстанет на ад… Любое Царство сокрушается, если его разделить.

Мой Иосиф Виссарионович вышел из такого ада и сокрушил ад, сам являясь его порождением.

Это только начало разговора о нём.

И вот здесь я переношусь в «прифронтовую» Москву образца 2022 года, когда весь мир определился-таки со своей мечтой: решить свои нерешаемые проблемы за счёт моей родины.

Проблемы – идущие даже не от церковного раскола: 16 июля 1054 года в соборе Святой Софии, переполненном молящимся народом, папские легаты объявили о низложении Константинопольского Патриарха Михаила Кирулария и его отлучении от Церкви. В ответ на это 20 июля Патриарх предал анафеме папу и его легатов.

Это привело к окончательному расколу в Христианской Церкви, в результате которого обособились римско-католическая церковь на Западе и православная – на Востоке.

Так мы перестали быть людьми для Запада.

Конечно, и это не так однозначно. Нет окончательных ответов. Как нет окончательных определений: мы люди или мы не люди, или мы всё ещё люди.

Но то, что Россия очень надолго стала средством для решения проблем, это – да; и нет в этом ничего необычного. Деление на свой и чужой (особенно по принципу веры) изначально предполагает возможность отъёма ресурсов у чужого.