Расправа и расплата

Она тоже считала, что Алексей пьян.

– Ты молодец… Я думала, ты раскис, тряпка… И помни, он с тобой не считался, плевал на тебя. Станет редактором, непременно выживет из редакции… будешь локти кусать…

– Любисток, – поцеловал ее в затылок Перелыгин, – я о тебе думал хуже.

– Чудак, – засмеялась она нежно, – кто еще о тебе так заботится, а?

– Пошли, – решительно обнял он ее за плечи и повернул в сторону улицы Сакко и Ванцетти. – Утро вечера мудренее, но и вечер терять не стоит.

«Нужно действовать, действовать!» – думал он, вспоминая домашний телефон бывшего редактора газеты.

Последние цифры два-двадцать шесть он помнил хорошо, а в первых двух сомневался, то ли тридцать семь, то ли тридцать девять.

Проводил Любу, чмокнул в щеку, буркнул:

– Прости!

– Действуй, действуй, может, такой шанс судьба никогда не подбросит.

Она постояла у ворот своего старого деревянного дома, глядя, как он решительным шагом удаляется, Люба поняла, что сегодня она стала значить для Алексея больше, чем любовница, и почти уверена была: если Алексей сумеет обойти Анохина, он не бросит ее.

Ведь честным путем обойти он не сможет, значит, будет искать опору, чтобы оправдывать себя, и она станет ему этой опорой. Как и что будет делать Алексей, она не знала, да и не думала об этом. Его дело. Понимала, что связи с большими людьми Тамбова у него есть. Многим выгодно посадить в кресло главного редактора газеты своего человека, поддержит при случае. Особенно выгодно иметь человека обязанного бывшему редактору, чтобы новый человек не обрубил все концы, которые он завязал. Алексей оглянулся в последний раз, прощаясь, и завернул за угол. Нырнул в первую же телефонную будку, набрал номер и сразу попал к бывшему редактору.

– Я не разбудил?

– Еще одиннадцати нет… А чего ты такой… взъерошенный?

– Точно. Угадал, – нервно засмеялся Перелыгин. – Есть из-за чего взъерошиться! Я узнал, что у меня конкурент появился. Завтра с ним встречается Кузя (так они звали первого секретаря обкома комсомола), даст добро и все!

– Кузя за тебя.

Это я точно знаю… А откуда он появился? Молодой?

– Из Уварово. Некий Анохин, – зло усмехнулся Перелыгин.

– Анохин? Дружок твой? – удивился бывший редактор.

– Однокурсник, – буркнул Алексей.

– Он в комсомоле работал?

– Если только в школе.

– Это чепуха. Аргумент в нашу пользу. Еще что?

– Я знаю только одно, газету, которую ты по зернышку собирал, он за месяц развалит.

– Ну и потерпи этот месяц, – пошутил бывший редактор.