Расправа и расплата

 – Развалит, выгоним, посадим тебя, снова соберешь. Честь тебе и хвала.

– Не жалко газеты?

– Ну ладно, ладно! Позвоню я завтра Кузе. Теперь не я от него, а он от меня зависит.

– И с утра, с утра надо, а то поздно…

– Успеем.

8. Первая ночь

Чтобы попасть в общежитие, Зина и Николай проделали обычный маневр: Зина вошла первой, а Анохин подождал у входа, когда появится кто-нибудь из ребят, живущих здесь, и рядышком с ним с беспечным видом, будто и он студент, прошел мимо старушки вахтера.

Зина жила с двумя студентками.

Обе они были в комнате. Зина включила чайник, пошла стаканы мыть, а Анохин направился к своему знакомому, у которого он не раз ночевал, договариваться о ночлеге. Но знакомого студента не оказалось на месте, уехал домой. Парень, живший с ним, указал на свободную кровать: ночуй, не помешаешь. Студент был белобрысый, с узким длинным лицом, губастый, и, видно, невозмутимый, спокойный. Анохин почувствовал к нему доверие и заговорил, смущаясь своей наглости:

– Слушай, друг… Понимаешь, я сегодня заявку в загс подал…

– С Зинкой? – заинтересовался парень.

– Ну да, вот видишь… ты знаешь… пойми правильно…

– Ночевать, что ли, с ней здесь хочешь?

– Ну да.

– Не пойдет она.

– Мы же заявку подали… почти муж-жена…

– Ну, это ваше дело… Бери ключи…

Студент ушел, а Николай с бьющимся сердцем взлетел на третий этаж, к Зине.

– Устроился?

Николай показал ключи.

– Я один в комнате.

Он опасался, что она не пойдет, постесняется подруг.

Но она торопливо, с волнением, возбужденно, словно боялась куда-то опоздать, выпила чашку чая и поднялась.

– Девочки, мы пошли…

Анохин отодвинул свою чашку и вскочил.

По коридору она шла впереди. Он, покачиваясь, следом. Перед глазами у него плыло, словно пил он сейчас не чай, а спирт. Сердце радостно и тревожно ныло.

Когда он закрыл дверь на ключ и повернулся к ней, она положила ему руки на плечи и долго вглядывалась в его лицо, удерживая от объятий. Потом неожиданно всхлипнула и ткнулась лбом в его грудь.

– Ты что?

– Я люблю тебя, – прошептала она.

Он легонько поднял ее голову пальцами за подбородок и потянулся губами к ее губам. Она закрыла глаза. Он прижимал к себе Зину, не чувствуя ни ее ни своего тела, не понимал, где находится, что с ним происходит. Он то ли падал с огромной высоты, то ли летел, то ли плыл, взлетая на гребень волны и ухая вниз. Очнулся, когда она отстранилась и тихонько прошептала:

– Мы сейчас упадем.