Поэма о скрытом смысле. Второй дафтар

1040 А о мире мыслей, о ты, кто глупее осла,

ты не имеешь опасений и беспечен, словно камень, не ведающий [ничего].

Поскольку ты лишь рисунок и лишен разума,

нет у тебя человеческого нрава, ты лишь осленок.

По невежеству ты тень принимаешь за человека,

и потому человек стал для тебя игрушкой никчемной.

Жди же [Судного] дня, когда мысль и воображение

без всякой завесы расправят [перед тобой] крылья.

Увидишь горы, которые стали мягкими, как шерсть,

а эта земля, то холодная, то теплая, вовсе исчезнет.

1045 Ни неба не увидишь, ни звезд, ни существования,

кроме Бога Единого, Вечносущего, Снисходительного.

Одно преданье, правдиво оно иль нет, [приведу],

чтобы подтвердило оно правду.

О том, как слуги шаха стали завидовать избранному невольнику

Некий падишах одного раба по великодушию

возвысил над всеми приближенными.

Его жалованье равнялось жалованью сорока военачальников,

десятую часть его не видели и сто вазиров.

По счастью, везению и фортуне

он был как Аййаз, а шах – Махмудом своего времени[161 - Махмуд ибн Сабуктагин (правил в 998–1030 гг.

) – правитель из династии Газнавидов, при котором государство Газнавидов достигло наибольшей мощи. Его любовь к тюркскому рабу Аййазу стала популярным сюжетом в персидской литературе.].

1050 Души невольника и шаха задолго до этого

телесного общения были едины и родственны.

Важно то, что существовало раньше тела,

отрекись от того, что возникло вновь.

Работа – для ‘арифа, ведь он – не косоглазый,

глаза его устремлены на первые посевы.

Сеют [люди] пшеницу или ячмень,

глаза его туда смотрят и днем и ночью.

Чем беременна ночь, то она и родит,

предосторожности и уловки всего лишь ветер, ветер.

1055 Разве сделает радостным свое сердце уловками

тот, кто видит над своей головой уловку Бога.

Он – в капкане, и сам ставит капкан.

Клянусь твоей жизнью, что не спасутся [в Судный день] ни [капкан] тот,

ни [человек] этот.

Если сто разных трав вырастут и осыплются,

в конце концов прорастет то, что посеял Бог.

Если посеют новый злак на прежнюю ниву,

то новый посев сгинет, а первый пребудет.

Первое семя совершенно, оно избранно,

а семена второго сгнили, пришли в негодность.

1060 Свои затеи брось к ногам Друга,

если даже они – часть Его затей.

Действенно лишь то, что Истинный воздвиг,

в конце концов взрастает только то, что Он посеял.