В стране безрадостной мечты

Уж лучше холод и печаль,

упадок сил, тоска, кручина.

Такая страшная мораль:

нас поглотит вражды пучина.

*

Случилась смута в государстве,

убит правитель Бердибек.

И самозванец был на царстве,

замятни начинался век.

Полгода срок на ханство было,

опять правитель стался слаб.

Орду предательством накрыло,

вставал на хана новый раб.

А на краю великой смуты,

где горло рвали за ярлык,

так и натягивали путы,

там всяк к тому уже привык.

Накинули ярмо на шею,

роптать хотели на царя,

шли на поклон к любому бею,

прося лишь только за себя.

Не ведали свободы право,

прикрыв позорные стыды,

просили ярлыка лукаво

поныне данники Орды.

Сил не имея быть при власти,

в сей миг такие же враги,

готовые порвать на части,

раздора сея очаги.

Но осознание настало,

не тот над ними властелин.

И дани он берёт немало.

Да был бы он такой один.

Супротив выступить возможно,

зарвался темник-беклярбек.

И стало на Руси тревожно,

замятни продолжался век.

Сошлись с ордынцами на поле

Непрядвы близ реки в бою.

Случилось то по божьей воле,

впервые шли в одном строю.

Им помогла тогда молитва,

спасли от бека города.

Не за себя, за царство битва,

а царством их была Орда.

Против царя пойти не смели.

Всего два года погодя,

они немало оробели,

когда хан бил их не щадя.

Утихнут крики от разора,

поедут вновь за ярлыком.

В том нет и не было позора,

продолжат в мире жить худом.

*

*

Борьба опять за идеалы.

Как готтентотская мораль.

Вновь переписаны анналы.

Ненужная планете шваль.

Во имя личных убеждений.

Сжирая мир, себя, людей.

Достигнув тех же положений.

Ведь оказаться мог мудрей.

А кто хотел творить благое.

Дорогою обмана шёл.

Вершил добром сугубо злое.

Чиня по сути произвол.

Так странен мир. Так непонятен.

Столь удивительно спесив.

Он состоит из крови пятен.

Но белых! Ибо негатив.

*

*

*

Мы – солнца тень,

луны потомки,

пыль деревень,

каёмка кромки.

Полны чрез край,

кричим мы гневно,

нам только дай,

пусты душевно.

Сидим посредь,

туманны мысли,

разбиты ведь,

делами скисли.

Вперёд пойти,

быть выше прочих,

да пасть в пути,

нет в том охочих.

Всего лишь тень,

никак не глыбы,

проходит день,

и вновь: «А мы бы…»

Таков закон

нашей природы.

Он испокон,

минуя годы.