Возвращение на Эфо

Иметь в жизни цель и не быть интеллектуальным кочевником, что может быть лучше?

– Кочевник?

– Бог дал человеку интеллект, чтобы тот покинул царство животных и пришел в царство чистого разума, но человек, оставив животных, до сих пор не окончил свой путь в царство чистого разума, поэтому он и кочует между двумя точками в пространстве и времени, поэтому он и является интеллектуальным кочевником.

– И где ваша цель?

Ксанф встал с постели и подошел к карте, висящей на стене. На ней врач отмечал красным карандашом курс «Пилигрима».

Ксанф указал пальцем на океан.

– Где-то тут находится остров Эфо, – произнес он, делая ударение на последний слог в названии острова.

– Но здесь ничего нет.

– На ваших картах нет, но суша существует.

– Вы сказали об этом капитану?

Он устало посмотрел на меня.

– Нет.

– Почему?

– Он счел бы меня сумасшедшим. Я постеснялся и кроме… – Ксанф задумался на мгновение. – Дело в том, если я рассудил верно, «Пилигрим» будет проходить недалеко от Эфо?

– Да.

Мы не раз ходили этим курсом и никакого острова не видели. Каковы его размеры?

– Это вытянутый с востока на запад остров, береговая линия очертанием напоминает кальмара, а размеры где-то шестнадцать миль на две с половиной мили.

– Откуда вы это знаете? Вы были на том острове? Видели его?

– Вряд ли. – Он вновь перевел взгляд на карту. – Вы скажите капитану о моей просьбе?

– Да, о просьбе скажу, но…

Ксанф прошел мимо меня и, сев на постель, уточнил:

– Что «но»?

– Трудно объяснить.

Всё кажется таким нереальным.

– Почему?

Я не ответил, я не знал, что сказать. Мои сомнения не хотели становиться словами, имелся лишь эмоциональный рисунок. Возможно, прав тот, кто сказал, что слова изреченные, уже есть ложь, то есть слово убивает внутренний мир человека, а если и не убивает, то делает его плоским. Что есть произнесенные слова? Это вибрация воздуха, которая для нашего уха и мозга имеет смысл и логику. Даже если слова каким-то образом представляют бессмыслицу, как руины разрушенного здания, то машинально мы пытаемся увидеть в этих руинах очертания смыслов.

Слова, бросаемые человеком в мир, подобны его тени. Все знают, настоящий человек не тождественен своей тени. Тень – не он. Я вспомнил о пещере Платона.

– А вы знаете название этой планеты? – спросил вдруг Ксанф. – Планеты, на которой мы сейчас находимся?

Ответ был очевиден, но я промолчал, справедливо предполагая, что собеседник готовит меня к открытию.