Возвращение на Эфо

– Это планета Фаэтон.

– Что?

– Фа-э-тон.

– Но…

– Что вы слышали о Фаэтоне?

– Вроде бы он погиб в результате столкновения с другим небесным телом, а астероидное кольцо между Марсом и Юпитером и есть останки Фаэтона.

– Масса астероидного кольца составляет пять процентов от массы Луны. Погибла не планета, а ее малый спутник-астероид.

– Звезда Кормчих и есть тот спутник, – догадался я, но тут же возразил: – но мы-то на Фаэтоне, как вы утверждаете, ведь спутник цел.

– В том мире Фаэтон материально преобразился и перешел в чистый мир, а физическое тело спутника, потеряв опору, рассыпалось в безвоздушном пространстве, а здесь, как вы понимаете, и есть чистый мир.

Здесь цел Фаэтон и его спутник – звезда Кормчих.

– Фаэтон, – задумчиво произнес я. – Что за название? Оно греческое?

– Нет. Это искаженное от двух слов: «фараон» и «Эхнатон».

– Причем здесь он?

– Космическая катастрофа, случившаяся между Марсом и Юпитером, произошла задолго до того, как на Земле возникли первые государства: Атлантида и Лемурия.

Потом возникло Египетское царство. Эхнатон после смерти был взят в чистый мир. Ему дали второй шанс построить новую религию. Трудно объяснить весь узел ключевых событий приведших фараона-реформатора на Фаэтон. Если говорить языком канцелярии, то его назначали хранителем планеты.

Я ничего ответил Ксанфу, не мог возразить, но понял, почему он не помнит своего прошлого. Он настолько погружен в собственный вымысел, что прошлое ему ненужно.

Я покинул собеседника.

Когда шел по палубе, навстречу попался врач. Был порыв спросить его мнение о душевном здоровье спасенного человека, но что-то удержало меня.

Я рассказал капитану о своей беседе с Ксанфом. Капитан, прищурившись, неодобрительно покачал головой и произнес неопределенно:

– Посмотрим, посмотрим.

Лодка Ксанфа, я забыл упомянуть об этом, хранилась на «Пилигриме». Мы надеялись найти в ней хоть какие-то вещи спасенного человека и признаки принадлежности к судну, ведь лодка походила на шлюпку, но кроме пары весел в ней ничего не лежало.

Казалось, лодка возникла из ниоткуда, как морской мираж.

Странное чувство овладело мной, его трудно объяснить до конца. Будто выловил запечатанную бутылку, внутри которой находился бумажный сверток. Открыв бутылку и достав сверток, я с удивлением не обнаружил послания. Бумага чиста, но надписей не стерло время, их никогда не было.

Ксанф, когда очнулся, спрашивал о лодке. Он просил ее сохранить.