Новогодние рассказы

Он пояснил:

– Я добавил в парафин чуть-чуть иланг-иланга. Мне этот запах нравится.

– Мне тоже, – Марина откусила кусок пирога. Он просто таял во рту. Прожевав, угнетенно попросила: – Только не говорите, что и пирог тоже пекли вы!

– Почему? – изумился он.

– Потому что я буду чувствовать себя полным ничтожеством! Я ничего из того, что делаете вы, не умею!

– И пироги печь?

– Мама учила, но так вкусно у меня никогда не получалось, – скучно призналась Марина, – так, съедобно, и только. – Снова положила в рот кусочек пирога и воскликнула: – Восхитительно.

Она ему не льстила, Арсений это чувствовал. Немного смутившись, постарался выглядеть поскромнее:

– Это дело практики. А пирог вкусный потому, что он из стерляди. Царская рыба. Если правильно приготовить, цены ей нет.

Марина вовсе сникла. Стерлядь она и не пробовала никогда. Цена заоблачная, да и в тех магазинах, где она обычно покупала продукты, подобных деликатесов не бывало.

Арсений снова наполнил бокалы.

– Может быть, выпьем на брудершафт? – предложил он, чуть насмешливо улыбнувшись. – А то странно это. Ночь проводим вместе и важничаем.

Марина подумала, что ночь ночи рознь, но поднялась, согласно кивнув. Он поднялся тоже. Переплетя локти, они выпили вино, причем оба выпили до дна. Сели обратно, и Арсений признал:

– Так лучше. Хоть встретились мы необычно, но после столь приятно проведенного вечера друг другу уже не чужие.

Сконфуженно улыбнувшись, Марина кивнула.

Ей до сих пор было не по себе. Все-таки ворвалась она сюда нежданной, и хозяин вполне мог выставить ее вон.

– Ты мне просто послана судьбой, – заметил он ее неуверенность. – А то мне бы пришлось в который раз встречать праздник в одиночестве. А мне, если честно, это надоело.

Марина просияла.

– Аналогично. Мне тоже небывало повезло. Вместо бесцельного шатания по эспланаде я попала в сказку. Пусть чужую, но сказку.

Арсений хотел было заверить, что, если уж ты внутри нее, то сказка априори чужой быть не может.

К тому же ее вполне можно превратить в быль, но тут за окном бабахнуло так, что задребезжали стекла, и окно осветилось множеством ярких огней.

– Началось, – с некоторым недовольством произнес он.

Марина соскочила с места и подбежала к окну. Там во все небо расцветал невообразимо яркий золотой цветок.

– Ух ты! – только и смогла вымолвить она, глядя, как он медленно спускается к горизонту и тает.