Сон-трава. Рассказы

Оборачиваюсь, за мной бежит Света – в пальто и с сумкой. Ей, похоже, тоже не до шуток. Или они все сговорились? Я заскакиваю в туалет и запираю дверь. Слышу, как свистит поезд, предупреждая о скорой остановке. «Открой дверь! Сейчас Славгород будет, я выхожу. Открой, говорю! Этот, из купейного, тебя везде ищет. Ну, быстрее, остановка три минуты».

Резко дергаю дверь, ее заклинило. Только этого не хватало. Все, открыла, сумка при мне. Быстрее! Прыгаю со ступеней поезда за Светой. Ощущаю, как мягко усыпан снегом перрон.

Где-то вдалеке мерцают большие буквы – Славгород.

Снежинки вздрагивает вокруг фонарей под шипение уходящих вагонов. На круглых часах полночь. В меня проникает воздух. С самого первого вдоха. Оживаю.

Добрались до дома Светы. День прошел душно. Чувствую себя теледивой, улыбаюсь родне и соседям. Света волнуется за меня: «Ты в Сибири или где? Что за куртейка? Да она колом встанет и куржаком вся покроется».

Через два дня уже еду долго и тихо вдоль бескрайних серебристых полей. Из приземистых домиков мягко струится вверх дым.

Все события и я вместе с ними растворяются в небе.

Перебираю последние встречи. Незнакомый человек помог добраться до Барнаула, имени даже не успела спросить, продавщица засыпанных снегом гуливерных конфет моего детства, нарядная девочка делится мандарином, парень уснул, положив голову на аккордеон.

Полное ощущение, что еду почему-то домой. На меня смотрит яркое солнце. Невозможно оторваться. Смотрю и плачу. От солнца, конечно, отчего же еще.

– Да ты не вертайся, тудой иди, – выглядывает из окна водитель, закуривая папиросу.

 – Глядишь, кто и подхватит. Не резон, тридцать километров пехом. Нынче машин маловато, народ еще свое не отгулял.

Шагаю по уходящей за горизонт узкой дороге. Точно знаю, пока будет светить солнце смогу идти, а потом… не знаю ничего про «потом». Вверху солнце, под ногами – снег, вокруг – горы.

Останавливается трактор с прицепом. «Полезай в тележку, до своротка подкину». Сразу нравится слово «свороток». И ехать весело.

Ресницы покрываются льдом и накрепко слипаются. Доносится на прощание: «Километра три до моста, ну, бывай».

Ворчит вдалеке ворон. Почти бегу. На ходу ощущаю, как же тонка моя куртка и прозрачна вязаная шапка. Мороз проникает через подошвы как сквозь тонкую бумагу. Света была права – «ты в Сибири или где».

Перестаю чувствовать тело. На ходу ведь нельзя заснуть, нет? Под монотонный скрип шагов. Надо успеть затемно дойти до тепла. Успеть. Затемно. Дойти.