Убегая по янтарному берегу

Я и в Москве страдал от пристрастия к ночным свиданиям с художественными произведениями, однако почти никогда не засиживался с ними до часа, что уж говорить о трёх… Голова раскалывается. У отца зазвонил телефон. Рингтон ультразвуком колит барабанные перепонки, отчего мозги будто превращаются в жижу, состоящую из пренеприятной мелодии. Наконец он отвечает, и она затихает. Я могу выдохнуть. Пока отец разговаривает, пью кофе, надеясь, что он хоть немного поможет мне чувствовать себя лучше. Знаю, что зря надеюсь, ведь для моего организма этот напиток давно из стимулятора превратился в наркотик.

– Значит так, – пока я висел в полудрёме отец успел завершить разговор, – у меня в администрации появились кое какие дела, поэтому в избирательный штаб ты поедешь один, там встретишься с Ритой, она тебе всё покажет. Понял?

– Может, раз такое дело, я останусь дома и займусь учёбой, а уже завтра вместе съездим туда? Не хотелось бы потом просидеть за разборами кейсов все выходные.

– Всё успеешь, – режет отец. – Вернёшься домой и займёшься учёбой.

К тому же, работа в избирательном штабе для тебя также является её частью.

– Да, только помимо неё у меня есть ещё куча дел, требующих внимание, и, к слову, Эдуард Валентинович точно не будет в восторге, если я ему отчитаюсь о выполнении присланных им заданий в воскресенье глубоко за полночь.

– Ничего не хочу слышать, – отец встал из-за стола, – ты мне сказал, что обо всём позаботился, значит, если понадобится посидеть в выходные за учебниками – посидишь за учебниками.

Эдуард… Валентинович, уверен, поймёт и пойдёт навстречу. А ты пойми, что сейчас приоритетом для тебя должна быть карьера, а уже потом «куча дел». Я поехал, как встретишься с Ритой – дашь знать, – бросил и ушёл.

Мы остались вдвоём. Мать, не обращая внимание на происходящее, продолжала пить чай, она не сказала отцу ни «удачи», ни «счастливо», ни что-либо ещё, будто он просто вышел в соседнюю комнату и через мгновение вернётся. Послышался хлопок входной двери. Мать и на него не обратила внимание.

До сих пор непривычно видеть её столь равнодушной по отношению к супругу, в котором она ещё несколько лет назад души не чаяла.

– Ты чего не поехала с ним? Вам же обоим в мэрию.

– Не хочу, вдруг Владу после работы понадобится куда-нибудь отлучиться, тогда мне придётся ехать домой на такси, а я этого не люблю, да и вдруг у меня какие планы появятся…

– Жаль, хотел попросить у тебя машину, на Сельму добираться общественным транспортом не слишком удобно.