Одна, заветная…

Только громкий стук настенных часов торжественно отсчитывал уходящие минуты жизни.

Обняв Инну за плечи, Игорь Теодорович задумался. Медленная светлая слеза скользнула по щеке Инны. Начался отсчёт шестого десятка лет их семейного счастья.

Иван

Где ты, время, где ты, времечко,

Как одно я только думывал:

Где ты, как с тобой увидеться,

Одним словом перемолвиться.

    А. В. Кольцов

Семья Колесовых жила в деревне Сосновка на Белгородчине. Отец, мать и десять детей Колесовых – все трудились в колхозе, дома были только два младших мальчика – трёхлетний Коля и семилетний Ваня, герой нашего рассказа.

Семья жила трудно: собственного надела у них не было, а того, что выдавали по трудодням, едва хватало до нового года. Ваня на всю жизнь запомнил это сосущее ощущение постоянного голода, которое удавалось заглушить только ранней осенью, когда созревали грибы, ягоды и яблоки в лесу.

Когда в 1940 году в Белгороде объявили набор в строительное ремесленное училище, где готовили плотников, столяров и печников, отец выхлопотал в правлении колхоза справки для Ивана и отвёз пятнадцатилетнего Ваню в город на обучение.

В училище было полное государственное обеспечение: форма, общежитие, питание, – и Ваня наконец-то впервые за свою короткую жизнь избавился от постоянного чувства голода, которое не оставляло раньше ни днём, ни ночью.

К середине июня 1941 года Ваня получил документы о присвоении разрядов столяра и плотника. В этот день он собирался возвращаться к родителям в Сосновку.

Но утром 22 июня город был занят немцами. Это случилось так быстро и внезапно, что Ваня не знал, куда бежать, где найти укрытие от мин и снарядов, беспрерывно летящих с неба. Забежав за здание железнодорожного вокзала, он увидел группу наших солдат с оружием, безуспешно пытавшихся связаться с кем-то по рации. Ваня обратился к ним с просьбой взять его с собой, но напуганный бледный сержант попросил мальчика доползти до командного пункта на вокзале, передать сведения об их положении и попросить помощи. Он неопределённо махнул рукой, показывая, где должен быть командный пункт, и Ваня пополз.

Никакого командного пункта он уже не обнаружил, снаряды рвались беспрерывно, вокзал был полностью разрушен, и, не зная, что делать дальше, Ваня пополз обратно.

В траншее, где Ваня видел солдат, лежали трупы погибших бойцов, здесь был и сержант с рацией, отправивший его за помощью, – все были убиты.

На краю траншеи лежала раненая пожилая женщина.