Судьба связала с Крымом

Зовёт гостеприимная округа,

напрасно травы нежно льнут к горам:

не встретит коктебельская подруга.

Бликует море – на душе бальзам,

и чайка хохотнула от испуга,

и пляски змей странны по вечерам.

8

И пляски змей странны по вечерам –

над Карадагом обострённым слухом

уловят ночи киммерийским духом.

Прибой понятен слышащим глазам.*

Как Слову Бога верил Мандельштам,**

ведь сердце друга к совести не глухо.

Сегодня тот же голос … (земля – пухом)

стихи бросают вызов жемчугам.

В словах чеканил образы резец,

безмерной силы в них судьба хранится –

благоговел над строчками творец.

Что ни страница – мастера частица:

живёт бессмертная любовь-венец,

как белая восторженная птица.

9

Как белая восторженная птица,

стремится к счастью светлая любовь.

Свободной никогда не прекословь,

в полёте быть ей, взоров не таиться.

Царить сумеет, если не истица,

она в пути не разобьётся в кровь.

Ты ей напиток райский приготовь –

не растеряешь счастье по крупицам.

Фантазией – над волнами упруго,

в блаженстве ярком Господа хваля,

летит-летит многоголосьем фуга.

Мелодии, нежнее хрусталя,

поёт душа, ранимая подруга,

в груди огонь желанья распаля.

10

В груди огонь желанья распаля,

поэт не прячет правды и восторга –

со святостью и вдохновенно строго,

благоговейно душу веселя.

Не выпускает ни на день руля:

благодарит «за Беатриче» Бога.*

Поэзия – порою недотрога,

порой звучит высокой нотой «Ля-а-а!»

К звенящей планке творчества стремится

и вы?носить, не бросить свысока

в толпу слова, а видеть слёзы, лица.

Оценит кто, услышит ли столица?

Во времени уже издалека

проходишь ты, и мысль твоя томится.

11

Проходишь ты, и мысль твоя томится,

доверчив, мудр, но всё-таки дитя:

с восторгом пишешь, словно бы шутя,

хотя порою видишь в горе лица…

Безоблачное счастье веселится,*

на слово клятвы чуточку грустя.

Священник, лбы обвенчанных крестя,

шепнул, мол, ждёт медовая седмица.

Безмолвный поединок, что петля,

томил и мучил гордую царицу.

Орёл с орлицей жажду утолят?!

Поэт поймал в полёте «журавля».

Ведя жену в просторную светлицу,

ты ждёшь любви, как влаги ждут поля.

12

Ты ждёшь любви, как влаги ждут поля,

уверен в нежности очарований,

объятий, голубиных воркований.

Ликуешь, по-мальчишечьи шаля.