Серенада солнечного лета. Роман-настроение в жанре импрессионизма

Они пили чай из самовара, сидя в плетёных креслах на мягких подушках, словно это было в барской усадьбе девятнадцатого века. Было тихо и уютно. Рядом со столом на тумбе возвышался старый патефон, где крутилась чёрная пластинка с красной этикеткой в самом центре, и по саду разносился голос самого Лемешева. Как тихо и прекрасно вечером в Подмосковье, находясь подальше от столичной суеты. Музыка закончилась, как и разговоры на разные темы. И наступила звенящая тишина. Все молчали, словно боялись нарушить эту неземную тишину.

И тут Светлана Петровна тихо встала со своего кресла и подошла к невысокому забору, из-за которого сверху хорошо просматривалась вся река. Был прекрасный воскресный вечер. Она положила руки на ограду и замерла. Сергей с Наташей тихо переглянулись.

Светлана Петровна мечтательно смотрела вдаль, где в лучах вечернего заката, бороздя просторы тихой реки, проплывал белый прогулочный теплоход «Талалихин» с последними пассажирами на борту.

– В лучах вечернего заката

По речке белый катер плыл.

Туман стелился, словно вата,

И вдаль, куда-то уходил… – она так вдохновенно прочитала, словно это было не в летнем саду, а на каком-то литературном вечере декадентов в начале века. Услышав это, Наталья не выдержала и воскликнула: – Ой, как романтично! Это кто? Я не узнаю, каюсь!

– Да так, лёгкая импровизация на фоне вечернего заката, – с такой же интонацией и в том же духе, с легкой иронией произнесла Светлана Петровна.

– Светлана Петровна, да вы поэт! – Наташа слегка взмахнула рукой, – Вы меня покорили.

 – Это так романтично!

– Ага! Я поэт, зовусь я Светик, от меня вам всем приветик! Незнайку Носова, надеюсь, все читали?! – она повернулась к ребятам и продолжила: – Я поэтом не была, и, видно, никогда не стану… – Светлана Петровна отошла от деревянного забора и вернулась к столу, и словно продолжая какую-то игру. чуть улыбнувшись сама себе, продолжила: – Сирень дурманила весь вечер, давно кружилась голова…

– Ну тёть Свет, ты даёшь… – Серёжка был неожиданно удивлён скрытыми талантами своей любимой тётушки.

 – За это надо выпить твоей знаменитой вишнёвой настоечки!

– Не надо Серёж, не надо. Я же так, в шутку, да и тебе завтра рано на работу. Лучше проводи Наташу, а то уже время позднее, да и мама её будет беспокоиться.

Она взяла со стола свою чашку с блюдцем и понесла в дом.

Серёжа с Наташей стояли у распахнутых дверей подъезда.

– Спасибо тебе за прекрасный вечер! У тебя такая замечательная тётя.