А над Дубками все спокойно. Деревенский мини-сериал

Никто из них не заметил, как Василий, около часа крутившийся возле травмпункта, теперь проник в здание и без всяких проблем вошел в ординаторскую. Он решил, что, если жена не изменяет ему с Митькой Лихачевым, то наверняка крутит с кем-то шашни прямо на работе. У них тут и медбратья из бригады скорой помощи часто околачиваются. Да так часто, что успели прижиться в травмпункте. Кто ж знает, может у жены на работе жизнь ключом бьет!

В ординаторской было пусто. Василий, воспользовавшись этим, залез в шкаф и, свернувшись калачиком, лег на среднюю полку, метра пол от земли.

Деревяшка та вроде крепкая была, должна выдержать. Решил он, что, если и происходит чего интересного у жены на работе, то только здесь, в комнате для персонала, а никак не в приемной, на глазах у пациентов. С той мыслью Василий не заметил, как погрузился в сладкий и крепкий сон. Благо, медсестры были заняты всю ночь и не слышали густой храп, что доносился из темной ординаторской.

А под утро уставшие женщины лениво сняли накрахмаленные колпаки и грузно заняли места за столом в освещенной заревом комнатке для персонала.

Люба поставила чайник и начала сетовать.

– До сих пор ума не приложу, к кому это мой вчера побежал на ночь глядя.

– Ой, Люба, побереги нервы, если вчера пил, то ты это сразу поймешь и по глазам, и по запаху, – сказала Ритка, вторая медсестра.

– Наши бабы дубковские языкастые! Если кто и видел его, сразу проговорятся, где, с кем и сколько выпил, – подметила Зоя, третья медсестра.

– Ох, – вздыхала Люба, – лишь бы не запил.

Не то сама запрягу лошадь и повезу его в Черемухово, к бабке Аглае, пусть травами его умывает, выбивает из него дурь.

Василий от такого разговора вмиг проснулся и зашевелился на полке. А как хорошо он отоспался в этом казенном, деревянном, пропитанном валокордином шкафу! Только вот, как и когда ему теперь отсюда вылезать? Жена ведь скоро домой засобирается, смена-то к концу подходит. А измена, если и была, то он ее проспал. Или не было ничего, и наговаривает все Щукарь по пьяни? А может сам глаз на Любку положил и теперь от зависти клевещет?

С этой мыслью Василий неудачно повернулся, полка тут же с треском сорвалась с петель под грузом его внушительного веса, и мужчина оказался на полу ординаторской.

Испуганные женщины в недоумении смотрели то на открытые дверцы шкафа, то на растерянного Василия, то друг на друга.

– Вася, – еле вымолвила Люба, – а ты что здесь делаешь?

– Любаш, я это… – запинался Василий, – кажется, руку вывихнул.