По секрету всему свету

Несколько дней жары настолько измучили природу и нас, что наступившая прохлада, очень радовала и восхищала всех.

На улице не было ни души и затихли собаки. Маленькая собачка моей подруги, обычно, заливавшаяся хриплым лаем, тоже молчала. Даже, когда я подошла к высокому забору, из-за которого не было видно двора и несколько раз крикнула: «Олеся!», она лишь огрызнулась и звякнула цепью. Баба Маруся, молча, пошла до дома, а я осталась ждать ответа. В ограду зайти я не могла – она была закрыта изнутри.

И напрасно я долго стояла, всматриваясь в высокие окна веранды – никто не вышел на мой голос. Что ж, нужно идти домой.

Не было еще 12 часов дня, когда меня принесло к бабушкиному дому. Шторки в комнатах были еще занавешены, по старинке (с середины окна). Тучки плыли по небу, а солнце, выглядывая краешком, согревало и подсушивало промокшую землю и зелень. Трава возле ворот и во дворе еще мокрая, намочила мне гольфы в сандалиях, и стало совсем зябко.

Да еще ветер смел капли дождя с березы на меня.

– Прекрасно! – сказала я вслух. – А у баб Маруси в доме холодно и сыро, но я все же зайду.

Прикрытая дверь легко открылась. В веранде неприятно пахло сыростью и плесенью, на что у меня перехватило дух. Нет, я не была брезгливой к этому дому, впрочем, и привычная обстановка меня нисколько не угнетала, но жить я бы здесь не смогла, ни за что. Этот некрашеный, старый домишко не вставал в сравнение с нашим меньшим домиком по своей чистоте и ухоженности.

Мама – эталон чистоты и доброжелательности, вычищала свой дом до блеска, даже белье в шкафах было разложено по ассортименту и в аккуратные стопки. И не дай бог нам навести там хаус, на что она очень сердилась и заставляла нас наводить порядок. Эта дисциплина нас с сестрой иногда угнетала, но подчиняться все же приходилось, так как разгневанная мама могла и отлупить. Но, только меня, очень вредного и строптивого ребенка, всегда идущего наперекор.

Я понимала, что бабушке в ее годах трудно управляться с таким домом, и всячески предлагала ей свою помощь. Но она отказывалась, ссылаясь на то, что ее вполне все устраивает, и она не хочет ничего менять. А запах свежей краски и вовсе не переносит. Меня многое удивляло и поражало в ней – это спокойное отношение к жизни и ее безразличие к некоторым вещам.