По секрету всему свету

– А можно мы на полянке посидим?

– А что я матери твоей скажу, когда она спросит?

– А ты ничего ей не говори. Да мы на полянке посидим и все.

– Только в лес не уходите. Смотри, Оля, в оба, они, эти молодые очень хитрые, у них только одно на уме… Смотри, – читала тихонько наставления бабушка.

– Ладно, я поняла.

Недалеко от дома имелась хорошая полянка, с двух сторон окруженная высокими соснами. Мы присели на спиленный кусок сосны, оставленный здесь специально для отдыха, и какое-то время молчали. Андрей нежно смотрел на меня.

– Мы ведь с Олесей вчера были в городе, она подстриглась очень коротко. Может быть мне тоже подстричься?

– Ты будешь красивая с любой прической, – проговорил мой друг и опустил взгляд.

По моему телу растеклась нежная волна счастья.

Тут я увидела, как баба Шура зашла в дом.

– Давай прогуляемся по лесу, – спешно проговорила я, озираясь по сторонам и посматривая в ограду тети Гути.

– Хорошо.

Мы двинулись в лес по тропинке. Андрей вел себя как настоящий джентльмен, и ничего дурного у него и в мыслях не было. Он даже меня, как мне показалось, стеснялся. Я чувствовала его скованность и волнение. За всю прогулку он ни разу не прикоснулся ко мне, хотя очень страстно и внимательно смотрел на меня. А я на него. Он, почти, молчал, но, даже это молчание мне нравилось, в нем была какая-то таинственная страсть.

«И почему я его сразу не заметила… Ведь он показался мне сперва даже страшным, а теперь… Неужели я влюбилась в него?» – думала я.

После прогулки Андрей проводил меня до дома. Мы долго стояли возле ворот молча и смотрели друг на друга.

– Я скоро уезжаю, через денька два или три, – вдруг сказал он.

У меня даже дух перехватило.

– Как уезжаешь?

– Скоро отец за мной приедет, и мы поедем домой.

– Мы будем переписываться?

– Конечно будем, я тебе дам свой адрес, а ты мне свой. Я буду тебе писать. А теперь мне нужно идти.

Мой друг посмотрел на меня очень грустно, мне даже показалось, что он вот-вот заплачет. Он слегка улыбнулся и снова сделал серьезное лицо.

– Пока, – сказал он и пошел.

И мне стало очень грустно, точно я потеряла родного и близкого человека.

Бабушка, видимо, не заметила моего отсутствия, так как ничего мне не сказала. Она вязала носок в зале. Рядом лежала та же трехцветная кошка с белой грудкой. Кошка от рождения была глухая, но мышей ловила справно.