Призрак Шерлока Холмса

Как будто услышав его мысли, Здравин смягчил тон:

– Извини, если что не так. У меня сегодня день какой-то дурной, ещё машина сломалась…

– Забыли, – угрюмо отозвался Ваня, всё ещё сердясь, но остановку проехал.

Оба пассажира Старушки напряжённо молчали: Ваня прикидывал, стоит ли ему рассказывать об этой встрече в редакции, а Здравин сосредоточенно смотрел в окно. Пару раз он оборачивался и затем вновь утыкался в боковое стекло, вернее, в зеркало заднего вида, тускло поблёскивающее за ним.

– Тебе знаком серебристый «Лэнд-Крузер», госномер семьсот сорок восемь? – неожиданно спросил Здравин.

– Нет, – озадаченно ответил Ваня и тоже заглянул в зеркало заднего вида.

– С самого детского дома за нами следует.

– Да здесь до города одна дорога! Если ему тоже в центр, так и будет за нами ехать.

– Новенький «Лэнд-Крузер» за ржавой копейкой? Он уже раз пятьдесят мог бы нас обогнать. Нет, он едет именно за нами! Притормози.

Ваня послушно нажал на педаль тормоза.

Старушка заскрипела и медленно остановилась на обочине. Серебристый красавец тоже замедлил ход, но, неожиданно передумав, набрал скорость и пронёсся мимо.

– Ну, вот видите! – усмехнулся Ваня.

– Ладно, поехали, – раздражённо махнул рукой Здравин. – Совсем нервы ни к чёрту!

Ваня в принципе не умел долго злиться, а вид затравленного Сыщика Номер Один вызвал в нём жалость и сочувствие. Поэтому, великодушно простив своему герою все грубости, Ваня принялся украдкой разглядывать человека, чьё лицо неоднократно видел в газетах, но никогда в непосредственной близости.

Георгию Здравину было тридцать семь лет, но выглядел он не меньше чем на сорок пять. Глубокая морщина на переносице проводила границу меж густых заросших бровей. Крупный нос с заметной горбинкой выделялся на худощавом лице. Если бы не светлые глаза и русые волосы, то его можно было бы принять за грузина. Опять же, кожа у Здравина была смуглая, как будто подкопченная южным солнцем, и серые, почти стального цвета глаза на её фоне выглядели неестественно.

Оттого и взгляд становился тяжёлым, напрягающим.

Объёмное драповое пальто не скрывало крепкое телосложение Здравина. Жилистая шея и массивные руки, выглядывающие из рукавов, внушали почтительное уважение и лёгкое опасение. Ване сразу вспомнились многочисленные байки, ходившие по редакции, о том, как Здравин однажды хорошенько наподдал назойливому журналисту из конкурирующей газеты.