Право ненавидеть. Повести

– Помнишь «Сказку о Рыбаке и Рыбке» Пушкина? Там есть замечательные слова!

– Какие?

– «Дурачина ты, простофиля!»

– Ты ж моя Царица Ночи! – обычно говорил Лямкин в ответ на ее нападки, и Глаша многие годы думала, что это такой комплимент. Но недавно добрые люди ее просветили, что персонаж этот отрицательный, а ее ария – гимн ненависти. Концентрированной злобы. Она, вообще-то, своего бывшего заказала. Жениха дочери послала на дело. Моцарт зарядил эту музыку энергией особой, сверхъестественной силы. Каждая нота виртуозной арии Царицы Ночи взрывается фейерверками ненависти.

В оркестре слышны удары грома (или бьющейся посуды), а в вокальной партии – разящие молнии колоратур запредельной сложности. Осознав, что бывший в очередной раз ее подколол, а по сути обозвал злобной ведьмой, Аглая разразилась новыми руладами проклятий.

После таких ссор они подолгу не виделись, но рано или поздно от Ильи снова требовалось участие, и отношения возобновлялись.

Глава четвертая

О последнем упокоении всех жертв катастрофы позаботились специально обученные люди, централизованно, что дало возможность Рите успокоиться и обдумать свою дальнейшую жизнь.

Она задержалась в многолюдном семействе отца, и даже Тутанхамон пару раз приходил ночевать в ее комнату.

Похороны были назначены на среду, а в понедельник Рита имела счастье познакомиться с папиной домработницей Гулей. Черненькая, маленького роста, но симпатичная и без акцента. Если бы не шальвар-камиз и туго повязанный платок, то сошла бы за Галю.

Гюльджан окончила музыкальную школу по классу фортепьяно и в год, когда социализм закончился, поступила в музыкальное училище, после которого она скорее всего стала бы музыкальным работником детского сада. Финансовые обстоятельства семьи, переставшей вдруг быть советской, заставили ее резко переориентироваться на уход за чужими детьми – просто уход – отрыжка, слюнявчики и подгузники, без фортепьяно. Но музыку она продолжала любить самозабвенно. В странную семью Лямкиных она попала уже опытной тридцатилетней бонной, и Илья положил ей хорошую, почти швейцарскую зарплату, которую она почти всю отправляла семье на родину.

Когда маленькие Лямкины выросли, и у нее стало больше времени для себя, Гюльджан стала посещать концерты. Классические, джазовые, этно и авторской песни – без разницы. В числе ее любимцев были не только Спиваков с Башметом, но и Дидюля, и даже никому не известный индеец из Эквадора, что выдувал шедевры из бамбуковой флейты.