Простые истории

Зачем? Не было бы его, и сейчас Люде не приходилось бы бегать по больницам, выпрашивать для него талончики, капельницы, консультации специалистов. И сыну не надо было бы мотаться через весь город, чтобы отвезти отца в больницу. После болезни сам за руль Николай садиться еще не решался: не доверял себе; надеялся окончательно оклематься к лету. Дачный сезон. Много работы. Люде одной не справится, а дети не спешили помогать; говорили, что все могут купить в магазине. Но варенье и яблоки домашнего производства любили. И на капусту с картошкой не тратились.

Правда, здесь Николаю пенять было нечего: всей семьей, дружно копали огород, пололи, окучивали. И все же с некоторого времени он стал чувствовать себя чужим в доме.

Как маленько отошел, стал больше гулять. Пропадал в гараже целыми днями, наводил порядок: выкидывал мусор, накопившийся за годы жизни. Переделал верстак. Он не хотел доставлять беспокойство своей смертью, не хотел, чтобы близкие потом ругались, решали, что куда деть. Хотел распорядиться всем сам.

Уйти и не оставить следа на этой земле.

Клубника для внучки

30 августа, после очередной ссоры с бабушкой, Дарья объявила голодовку. Все началось с клубники. Придя домой после университета, уставшая и голодная, она с удивлением обнаружила на кухонном столе целую миску ее любимой ягоды. «Откуда бы это?» – подумала Даша, пожала плечами и, решив не вдаваться в детективные поиски, села есть сочную сладкую ягоду, по всему видно только что сорванную с грядки. Настоящую. Немагазинную.

Немного шершавую на языке. Буквально тающую во рту и оставляющую после себя приятный аромат свежести.

Она ела не спеша, откусывая от ягод маленькие кусочки, наслаждаясь моментом. Сегодня судьба подарила ей праздник.

– Что ты ешь? – резко открыв дверь на кухне, грубо спросила бабушка.

– А что? Не заслужила? – сразу бросилась в атаку Даша. – Или тебе жалко?

Бабушка Соня отпрянула назад, словно уклоняясь от удара, скривив лицо, махнула рукой в сторону внучки.

– Да ешь, сколько хочешь.

Тоже мне барыня. Это я для варенья оставила, а для еды в холодильнике стоит. Хоть бы спросила. Не собирала, а лопаешь.

– Кусом хлеба меня попрекаешь? – мгновенно взвилась Дарья. – Знаю, если бы не дед, ты бы меня на порог не пустила, а теперь что? Выгнать меня хочешь? То не делай, так не говори! Не выйдет. Это я когда от матери ушла, была никем, а теперь у меня есть право. Дед завещал мне свою часть квартиры, и я буду здесь жить, нравится тебе или нет.