Буря. Пьеса

Миранда

Я небеса благодарю за это!

Ну, а теперь, я, сэр, всё ж вас прошу,

Поскольку в голове туман и свара,

Зачем смирив нежданно доброту

Вы бурю вызвали?

Просперо

Попробуй, угадай!

Счастливый случай! Странная Фортуна

Вдруг устремила на меня свой взор

И вдруг на остров всех врагов наслала.

Но Провиденье рассказало мне,

Что положенье звёзд благоприятно,

И сей удобный случай упустить

Преступно, так изменчивое счастье

Обходит всех ленивых и глухих.

На этом прекращу твои расспросы.

Ты спишь почти, живым приятен сон,

Когда ты расположен к царству духов,

То сон приходит сладкий и благой,

И с ним никто бороться не способен!

(Миранда спит)

Войди, слуга мой верный, поскорей!

Готов я к встрече! Ариэль, скорее!

(Входит Ариэль)

Ариэль

Приветствую тебя, великий мастер!

Почтенный сэр, приветствую тебя!

Я здесь, чтобы малейшее желанье

Твоё исполнить! Хочешь полететь.

Поплыть, нырнуть в огонь, скакать верхами,

На гребнях облаков… Повелевай!

Ведь это Ариэлю всё по силам!

Просперо

Исполнил ли ты, дух, тот мой приказ,

Что был касаем бури? Как велел я?

Ариэль

Я сделал всё по пунктам, как велели,

Мой господин, в тот неурочный час.

Я овладел фрегатом короля.

В него ворвался, словно призрак бури

И сеял дикий ужас я повсюду

На шкафуте, на палубе, в каютах,

Я рвался сталью, пламенем вздымался,

Скользил по мачте, по бушприту, реям.

Как, молния, предшественница грома,

Которой управляет сам Юпитер.

Той молнии не быть неуловимей,

Стремительней, чем был я в том набеге.

Кругом сверкало, грохотало, выло,

Нептун в сернистой прятался пучине.

Огонь извергся из его трезубца

И от него стеной взметнулись волны.

Просперо

Мой храбрый дух! Кто был алмазно твёрд,

И кто не повредился там рассудком?

Ариэль

Таких не видел. Ни одной души,

Способной сохранить своё обличье!

Все выли и метались. В темноте

Матросы друг за другом, точно крысы,

Бежали, натыкаясь и вопя,

Сбиваясь в кучи и ныряя в люки,

А вслед за тем кидаться стали за борт,

Крутясь и завывая, как монашки,

И глотка бездны, смрад из жёлтой серы,

Попутно извергая, им плевалась,

Отсвечивала пламенем пожара,

Который я затеял наверху.

В рассоле пенном трепетало судно,

Сын короля, он Фердинандом звался,

С огромными глазами, как тарелки,

С торчащими безумными власами,

Похожими на сломанный тростник.