Донбасс. Это моя земля. Такое могло произойти только здесь

 – Топаз у нас самый красивый! Одни ресницы чего стоят, зависть всех кобылиц, да и девчонок тоже! Да, Анька?

И подмигнул Ане-принцессе.

Та весело рассмеялась.

– Ну, вы пока сходите, посмотрите, как к соревнованиям готовятся, а я Топазика запрягу – и мы с ним на фаэтоне за вами приедем.

Аня взяла меня за руку и повела в другую сторону.

Вышли мы к большому полю, огороженному деревянными длинными палками.

А там по кругу конь бегает. Его держит на длинной веревке женщина, а конь вокруг нее кружится.

Аня облокотилась на длинные палки забора, я наклонилась так же.

– Вот, это наш чемпион, – Аня довольно улыбалась, глядя, как конь бегает по кругу, – зовут его Хлопок.

Я узнала, что веревка, за которую держат лошадь, называется повод, а место, где лошадь бегает по кругу – круговой загон. А еще оказывается, что лошади бегают по-разному! И каждый бег имеет свое название! И правильно говорить не «бегают», а «ходят».

Тут сзади раздалось поскрипывание, я вздрогнула от неожиданности и обернулась.

А это Топаз вез за собой фаэтон. Аня тут же развернулась и скомандовала:

– Любаша, залезай!

Подала мне руку, и я, словно принцесса, уселась в карету! Аня села рядом со мной, и мы поехали.

Мимо проплывал круговой загон с тренирующимся Хлопком, конюшня. А вон и мама с папой машут мне. Я тоже привстала, хотя фаэтон раскачивался, и тоже помахала им рукой.

– А знаешь, как наш Татерсаль тут образовался? – хитро прищурившись, спросила меня Аня.

– Нет, не знаю, – честно ответила я.

– У нас на этот счет есть легенда. Хочешь, я тебе расскажу?

– Конечно, хочу!

И стала она рассказывать.

* * *

Жила-была прекрасная Девица. Умница, красавица, радость мамина и папина. Она жила в те далекие-далекие времена, когда еще лошади дикими были да боялись людей.

И вот однажды пошла она в лес по грибы да по ягоды. И вдруг видит, в кустах кто-то шевелится и тихонько плачет. Испугалась она сначала да убежать хотела.

Но только голос уж больно жалостливый был. Осторожно подошла она к кустам, ветки раздвинула, а там жеребенок лежит да огромными испуганными глазищами на нее смотрит.

Боязливо подошла. А он сам от страха затрясся, попытался вскочить и убежать, да не смог. Нога подкосилась.

«Видимо ножку повредил», – подумала Девица. Подошла ближе и погладила малыша по голове, между ушками. А тот закрыл глаза, боясь, что его обидят. И только крупные слезы полились.