Подставка под микрофон, или Воспоминания журналиста. Часть первая

Иногда же – злобная колдунья Гингема, гнев которой невозможно растопить ни журналистским потом, ни тем более слезами.

Особенно она любила давать ему волю на еженедельных планёрках, где происходил разбор полётов и расставлялись оценки за сделанное, а заодно – приоритеты на будущее. Чаще всего страдали девочки-одногодки, почти все пришедшие на ГыТыРКу сразу после института (причём обучались они не по профилю – журфака в нашем городе тогда ещё не было) и особым интеллектом, за редким исключением, не отличавшиеся.

Поэтому мало кто из них мог разглядеть содержание материала, которое от них хотели получить, за формой, в которую его необходимо было облечь. Отчего все периодически получали по шапке.

Как сейчас помню, в какой шок я был повергнут, когда Иногда буквально смешала с грязью материал хорошей девочки Танечки Клопушевич про озеро лотосов. Точнее про обустройство его берегов силами местной поселковой администрации.

Я ездил с ней на эти съёмки, получил массу удовольствия и открыл для себя много нового.

Оттого пребывал в полной уверенности, что материал Танечка выдаст отменный. Иногда же не оставила от него камня на камне. Причём заслуженно. Найдя в архиве «Мануфактуры событий» предыдущие материалы про это самое озеро, и сделав их распечатку, Нина буквально тыкала Клопушевич носом во все совпадения.

– Думать не умеете! Архивом пользоваться не умеете! – орала Иногда – Сюжеты одинаковые, как булыжники! Дети вокруг озера маршируют. Типа – патрулируют. Глава посёлка рассказывает, что за ним нужно присматривать, а люди не понимают – приезжают и мусорят, паршивцы эдакие! А что мешало заглянуть в прошлый материал?! Там же русским по белому написано – на содержание озера выделено пол миллиона рублей! Куда эти деньги пошли?! В карман главе?!

Не любила девочек Иногда и по другой причине, которую сама, не стесняясь, неоднократно озвучивала.

– Ничего в работе понять не успеют – бац! Сначала замуж, а потом – в декрет! Работницы хреновы!

Что характерно, сама Нина, в своё время, проделала точно такой же фортель.

Причём – дважды, не выходя при этом на работу. Что не помешало ей добиться в журналистике определённых высот.

Ещё Иногда не любила Хмурого. Впрочем, об этом я уже рассказывал.

Мои же с ней отношения складывались довольно неплохо. Нина была, пожалуй, единственным человеком на ГыТыРКе, который пытался заниматься не обучением меня ремеслу (таких и без неё хватало), а повышением моей образно выражаясь квалификации.