Отшельник. Рассказы

Рассуждали они и о мироздании. Сабир Каримович больше слушал, чем говорил. Он и не подозревал, что пастухи могут быть философами. Хотя чему же тут удивляться?! Большую часть времени они проводят вдали от людей, сторожа скот, наблюдая за жизнью вокруг; они получают откровения под звездным небосводом, внимают песням жаворонков, слушают шепот ветра в травах.

– Умид-ака, вот ты всю жизнь живешь свободным, делаешь свою работу и не зависишь ни от кого, – Сабир Каримович хотел понять другую жизнь, незнакомую ему – бывшему чиновнику, знающему только цифры и приказы.

– Как же не завишу? Еще как завишу! – старый пастух возразил, но, заметив, как внимательно слушает его гость, объяснил: – Это тут я хозяин себе. Но возвращаюсь в кишлак[4 - Кишлак – поселок в Узбекистане.], отчитываюсь перед председателем, перед людьми. У меня тоже есть обязательства, и не только перед обществом, перед своей семьей, перед женой, перед детьми.

Сабир Каримович согласился. Каждый человек живет так. То он кому-то что-то должен, то ему.

Неужели не прервать нить обязательств? Или никому и никогда не быть на Земле свободным? Совсем свободным! Видимо, ему еще многое предстоит осмыслить, обдумать. Сколько нужно времени, чтобы понять замысел Всевышнего относительно человека? И есть ли на Земле люди, которые поняли? Сабир Каримович поделился своими размышлениями с пастухом.

– Эхе-хе, брат, какие мысли ворочаются в твоей голове! – Умид-ака задумчиво поджал губы, пожевал их, похлопал веками и тут его осенило: – Так отшельники знают! Раньше дервиши ходили по земле.

Они на любой вопрос знали ответ. Святые люди, опять же, жили уединенно, размышляли обо всем, Всевышний за мытарства давал им дар предвидения, а кому и способность лечить людей. Они отказывались от всего мирского, жили на подати людей, страдали от холода, голода. В наше время человек не может так жить. Не должен!

– Не должен… – повторил Сабир Каримович. – Сами мы определили, кто что должен, не Всевышний! Его законы в священных книгах прописаны, нет там запрета на свободу.

Да ты и сам знаешь…

Разговор запал в душу. Сабир Каримович ворочался всю ночь и под утро решил, что должен попробовать жить уединенно, совсем один. Не гостем в доме, а хозяином, пусть даже в палатке, а еще лучше самому построить дом, мазанку, как у Умид-ака, можно и поменьше – ему только стены нужны, чтобы прятаться от зноя в жару и от ветра в ночи. Умид-ака, узнав о его решении, только посмотрел с жалостью, даже не стал отговаривать.