Игра XXIII

Если бы я знала личности всех троих, то смогла бы остановить их. Одна из моих миссий состоит в том, чтобы спасти как можно больше участников Игры. Поэтому ты окажешься полезен – я предлагаю разделиться и начать искать остальных. Нужно оказать пострадавшим медицинскую помощь.

При этих словах Ларс повернулся на бок, а затем открыл глаза.

– Доброе утро, соня! – поприветствовал я его с усмешкой. – Как рука?

– Спасибо, док, всё в норме, – тот зевнул и потянулся.

Затем Ларс сел, оглядываясь.

– На этой мажорной ноте я вас оставлю, – Саран развернулась и, взмахнув хвостиком пепельных волос, вышла из больничной палаты.

Я устроил медицинский осмотр Ларсу, терпеливо выслушав его сомнительные шуточки: «Если хочешь поиграть в доктора, то лучше надень халат, так сексуальнее», «О, высокий тёмный красавчик с высокой тёмной душой!», «Я берегу себя для старины Кэндела, так что нежнее». Сухо заверив парня, что он здоров, я попрощался. Тот лишь помахал мне рукой, ухмыляясь.

Покинув палату, я принялся блуждать по коридорам замка, попутно размышляя над словами Саран. Конечно, северянка могла наврать мне. Может быть, она просто сумасшедшая из какого-нибудь культа или даже работает на Планша. Ну а что, если нет? Получается, что у каждого игрока в турнире… есть аномалия? И у неё тоже? И у Ларса? Если так, то почему мои коллеги из информационного отдела молчали?

Меня переполняли вопросы, на которые лишь предстояло найти ответы.

В голове мелькнула странная мысль: «Если Кэсси тоже владеет аномалией, то не по её ли вине возникли те шрамы на теле Амабель?» Давняя ненависть подняла голову подобно змее, и я спешно прогнал эти мысли. Сейчас уже неважно… Бедная девочка выжила после гибели всей семьи, и она нуждается в моей помощи. К тому же я обещал лорду Хайнесс приглядывать за Кэсси.

Я пообедал на кухне и поспешил дальше. Меня терзали дурные предчувствия. В конце концов, на десять человек приходится лишь два врача. Если кто-то будет серьёзно ранен, то успеет ли он добраться до аптечки?

В какой-то момент я наткнулся на Эмму с Альциосом.

Эти двое стояли посреди комнаты и горячо спорили, жестикулируя. Альциос был исцарапан и прижимал скомканный свитер к правому боку. По ткани расползались бурые пятна.