Игра XXIII

Выходит, он то ли не нашёл аптечку, то ли силы лечебного эликсира не хватило на то, чтобы остановить кровотечение… Пухлое круглое лицо Альциоса было искривлено болью. Эмма выглядела встревоженной, но в то же время сердилась. Подол её платья сильно обгорел, а золотистая коса растрепалась.

Я остановился в дверях.

Заметив моё появление, они замолчали. Альциос бросился ко мне к заметным облегчением:

– Дитрих! Слава тебе господи! Ты можешь исцелить меня?..

Я молча приступил к делу, а Альциос взахлёб тараторил:

– Ты знаешь, кто Одержимый? Это точно не я, не Эмма и не Чиран.

Мы блуждали по замку, когда на меня напали. Их было двое, и один точно владел красной маной. Я пытался отбиться, но в процессе драки напоролся на огненный серп. Жаль, что я не смог разглядеть лиц нападавших из-за этих чёртовых капюшонов…

– Так их было всего двое? – переспросил я, продолжая колдовать над раной.

Она была уж очень нехорошей и грозилась оставить шрам. Альциосу повезло, что он вообще выжил, – судя по глубине, огненный серп вошёл в его тело по самую рукоять.

– Да, двое, – Эмма кивнула, бросив странный взгляд на Альциоса. – Но Одержимых же должно быть трое, верно? Поэтому нельзя отрицать возможность того, что Чиран – третий. Они опалили моё платье, Альциоса и вовсе похитили. Однако Чирана не тронули.

– У Чирана кишка тонка, – с внезапной злобой бросил Альциос. – Вы помните, что он ещё ни разу не был Одержимым? Сегодня Чиран вёл себя точно так же, как и в предыдущих Играх.

Угрюмо молчал, огрызался и дрожал как осиновый лист, если где-то хлопала дверь. Я не верю, чтобы этот мямля мог притворяться так реалистично.

– Кэсси обманула меня в полуфинале, – мягко напомнил я. – Может быть, Чиран такой же хороший актёр?

– Я тоже так считаю, – Эмма поддержала меня.

Она нервно теребила подол обожжённой юбки. Почему-то мне было непривычно видеть её такой – растрёпанной, в испорченной одежде. Эмма всегда отличалась редкостной опрятностью, чуть ли не до маниакального синдрома.

Что ж, видимо, начало Игры так сильно потрясло её, что стало не до чистоты.

Я наконец смог исцелить рану Альциоса. Шрам всё же остался, но тут уже ничего не попишешь. Меня сильно встревожил тот факт, что слухи насчёт понижения мер безопасности оказались правдивыми. Более того, близкое присутствие залежей маны усиливало наши заклинания.

– Так ведь можно и убить, – пробормотал я.