В логове коронавируса

Видимо, только что проснувшись после зимы, они неторопливо, будто подшофе, летали от серёжки к серёжке, поедая пыльцу и спивая пахучий нектар. Там же оказалась небольшая птичка, которую Сергей Анатольевич поначалу принял за воробья.

Пичуга порхала по веткам внутри ивы, каждый раз схватывая на лету захмелевшую лакомку. На грудке у неё сияло большое синее пятно с ярким рыжим глазком посередине. Птичка не могла не видеть на расстоянии вытянутой руки стоящего человека, но не нашла в себе сил покинуть пиршество, которое, как подарок свыше, свалилось к ней после длительного и утомительного перелёта с юга.

На следующий день Сергей Анатольевич снова увидел пернатую незнакомку, теперь сидевшую на садовом проводе и распевавшую замечательную свадебную серенаду. Птичка, должно быть, узнала его и не подумала улетать, когда он застыл в изумлении прямо под ней. С тех пор каждый раз, когда он приезжал в сад, птица, сидя на проводе, встречала его новой песней. Морозов, самый большой эрудит в их компании, назвал Лагунову имя пичуги.

Звали её смешно и как-то не очень уважительно: варакушка. В детстве мама, когда они, играя во дворе, пачкались во всякой грязи, говорила сердито: «Что вы тут варакаетесь? Ну-ка, марш домой!..»

Интернет подсказал, что варакушка – птица пересмешник из рода соловьёв. Видимо, поселившаяся в саду крошка собрала по свету самые лучшие птичьи песни, Сергей Анатольевич заслушивался ими. Пытался он и фотографировать её. Но, чтобы его небольшим аппаратом сделать хороший снимок, где можно разглядеть невеличку, нужно было подойти к ней совсем близко, что она не очень-то приветствовала.

Пришлось купить «Никон» и длиннофокусный объектив, после чего их отношения заметно улучшились.

В середине того же лета в сад прилетели ещё одни певцы, обладатели вокала, сравнимого с перезвоном серебряных колокольцев, коноплянки. Эти нежные песельники очаровались шаровидной туей, округлившейся уже до двух метров в поперечнике. В ней они собрались вывести своё второе за лето потомство.

Первым сфотографировался красногрудый самец – и тоже на излюбленном варакушкой садовом проводе. Увидеть самку варакушки в первый год знакомства с певчими птицами не довелось. Но коноплянки прилетели парой, и самочка – изящная красавица с ажурным рисунком на грудке – охотно позировала на веточках ивы вслед за своим ухажёром.

Лагунов всё лето фотографировал птичек и был доволен своими пернатыми постояльцами.