Сказки разного роста

Среди друзей слыл заядлым холостяком. На все вопросы матери о женитьбе отвечал, пританцовывая, словами из песни: «Обязательно, обязательно я на рыженькой женюсь. Обязательно, обязательно я найду жену на вкус… Рыжая, рыжая, ты на свете всех милей…».

Роман жил в уютной «двушке», на третьем этаже. Этим вечером он заскочил в магазин, за конфетами и печеньем к чаю для медсестричек. Время было позднее и все ветклиники уже закрылись, а Роман спешил на ночную смену. И вдруг эта ситуация с котом. Не бросать же его в таком состоянии – до утра без помощи он точно не дотянет.

На улице было зябко и неуютно. Пока он ехал на работу, все не прекращал думать о том, куда бы пристроить этого бедолагу. Роман отчетливо понимал, что, если кота увидят в больнице, то он получит выговор от главврача. Так что он решил, что сделает все, что сможет: подлатает кота, спрячет где-нибудь в подсобке, а утром отвезет в ближайшую клинику – там ему наверняка помогут. Мужчина вошел в здание и незаметно пронес через проходную кота, прикрыв пледом, который валялся на заднем сиденье машины.

Плед был весь измазан кровью и грязью. Охранник лениво листал журнал. Мельком взглянув и узнав знакомого врача, погрузился в дальнейшее изучение пестрых страниц.

В кабинете выяснилось, что с котом все оказалось намного серьезней, и обойтись перекисью тут не получиться. Аккуратно ощупав кота, врач пришел к выводу, что кости целы. И все же пришлось делать анестезию и зашивать раны. К счастью, внутренние органы животного не были задеты.

Кот оказался из породы «бойцовых»: явно не раз дрался на улице и имел застарелые шрамы на теле.

Роман Сергеевич не был ветеринаром, но решил, что его навыков хирурга должно хватить. Провозившись с котом полночи, потирая сонные глаза, мужчина отправился в свой кабинет. По дороге наткнулся на пациентку, которая еще не спала. Через пару дней эту девушку планировали выписывать. Худенькая, с ярко рыжими волосами и большими испуганными глазами, она казалась совершенно не приспособленной к жизни.

Врач обратил внимание, что за все время ее никто не навещал. Она же все время старалась держаться в стороне от шумных пациентов, почти ни с кем не разговаривала и казалась замкнутой. Юлия… Кажется, так ее звали.

Умывшись, он прилег, благо перед Новым годом было затишье. Ночь на удивление была спокойной. Роман любил, когда его дежурства выпадали на выходные дни. Ни тебе вездесущего руководства, ни лишней бумажной писанины.