Судьбы людские. А что скажут люди?

Гапка думала о другом: а вдруг там действительно будут раздетые мужчины, как сказала Фрося, это же стыд и срам будет. Нет, она раздеваться там не будет, пока не останутся одни женщины. Да и женщин она стеснялась: вдруг у нее что не так.

Уже наступили сумерки, когда женщины подошли к бане, Фрося смело открыла двери и вошла в предбанник, за ней последовало несколько женщин, Маланья и Гапка. В предбанник дохнуло теплом, стоял пар, сквозь который виднелись голые тела.

– Так, все выметайтесь отсюда, наша очередь мыться! Мы с работы и сейчас будем раздеваться.

В этот момент открылась дверь моечной, и из нее вышли два мужика. Увидев женщин, они стали прикрывать тазиками свои срамные места.

– Дайте же одеться, – закричал один из них. В нем Гапка узнала Ивана-тракториста и отступила назад, намереваясь выскользнуть из предбанника. Но ее сзади подпирали другие женщины, и она остановилась в растерянности, рассматривая голые мужские ноги.

Сразу все заговорили, загалдели, подкалывая друг друга, послышался смех, мужчины сгрудились в одном углу и поспешно стали одеваться.

Ближе к выходу женщины расставляли на лавке тазики и принесенные вещи. Гапка забилась в самый угол, прячась за спины женщин, которые стали раздеваться. Из моечной выбегали мужчины и, встреченные веселыми женскими возгласами, уже не закрывались тазиками, а скорее бежали за одеждой, Гапка вся сжималась, глаза закрывались, и она почему-то краснела. В моечной она ощущала на себе оценивающие взгляды, стеснялась всех, от чего хотелось быстрее закончить мыться и убежать. Выходя, она услышала, как одна из женщин говорила матери:

– Что же она у тебя, Маланья, такая худая, ну прямо, как штакетина из забора Ничипора! Ты подкармливай ее, а то ни один мужик на нее не посмотрит. Ты вон какая вся ладная, все в тебе есть, аж завидно.

Вспыхнула Гапка, как паром ее обдало, и выскочила в предбанник с мыслью, что никогда больше не пойдет в эту баню.

На завтра, когда на ферме появился парторг колхоза, женщины напали на него с новой силой, требуя справедливости.

Они рассказывали, что и воды горячей уже было мало, и пар не тот, когда они пришли. Одним словом, досталось с самого утра парторгу. Пришлось правлению колхоза объявлять два банных дня, один для женщин, другой для мужчин.

В зиму случилось так, что заболела Адарка, которая за отелившимися телятами ухаживала. Упросил тогда заведующий фермой, уже в годах мужчина, Гапку перейти на самостоятельную работу – досматривать маленьких телят.