Тюльпаша

Мне не хватало родительской ласки, особенно отцовской. Наверное, поэтому в поисках мужского тепла я, повзврослев, стала безотказной девицей. На таких не женятся. Но Андрей не был похож на остальных и взял в меня в супруги.

В первые годы нашего брака я была безумно счастлива. Родилась Анжелочка, муж любил её и меня. И я наивно решила, что на мне семейное проклятие закончится…»

Анжела резко захлопнула тетрадку и взглянула на часы. Времени до прихода домой тирана номер два, её гражданского мужа,  было в избытке.

«Нет, мамочка, ты не в аду. Ты – в раю, – думала Анжела, сидя в такси и продолжая читать настоящую предсмертную записку, которая превратилась в исповедь уставшей от жизни женщины.  – Это ты ангел, а вовсе не я, хоть и ношу его имя».

Кинг как шпаргалка

Они исчезли в разгар летних каникул. Брату и Сестре было по пятнадцать. Двойня. Красивые, самоуверенные и злые, Они изводили Её, младшую сестру, и Маму, рано постаревшую женщину, которая колотилась на трёх работах.

Отец, главный кормилец, погиб на своей стройке два года назад, и с тех пор в семье воцарился ад.

Папик избаловал всех троих отпрысков, но, в отличие от Неё, умненькой десятилетки, Брат и Сестра Маму не жалели. Они начали пропускать уроки, воровать. Как-то попались и с тех пор числились как неблагополучные в комиссии по делам несовершеннолетних.

Хотели вовлечь в свои тёмные делишки Её.

И вот Они пропали. Отправились на очередную прогулку и канули.

Мать, конечно, написала заявление о пропаже детей. Для вида. Их поискали менты и волонтёры. Не нашли, и Она вздохнула с облегчением.

Жизнь наладилась. Мама вернула молодость, стала любовницей местного полицейского начальника. Тот был женат и никогда не навещал подругу. Встречались всегда на стороне.

Она окончила школу, затем – универ…

– Ты убила Их, мама, – уверенно изрекла Она, когда они вдвоём отмечали Её двадцатидвухлетие.

– Как ты догадалась?

– Кинг. Ты всегда очень любила его. А я недавно начала читать и наткнулась на закладку. Ну, там, на том месте, где фермер свою жену укокошил. Мамочка, не бойся, я никому не скажу… – и Она накрыла рукой мамину ладонь.

Та зарыдала.

– Ничего не говори. У тебя не было выбора.