Мы и они. Из жизни микробов

После очередной схватки, где каждый остался при своем, мне удалось перехватить взгляд Зары, в котором преобладали нотки равнодушия утки, наблюдающей за тем, как два селезня выясняют отношение. В этом равнодушии отражалось ее мировоззрение как по отношению ко мне, так и по отношению к Чаку. Это мировоззрение покоилось на чувстве гордости за факт, что она является причиной конфликта, завернутом в оболочку равнодушия за конечный исход противостояния, как наименее значимой стороне вопроса. Я отложил на потом свои выводы из произведенных наблюдений, вновь отчаянно бросившись в атаку, подведя для себя простую черту, что «Гор – победитель» для Зары будет иметь значение, тогда как «Гор – побежденный» останется ничем, пустым местом.

Только победа давала надежду рассчитывать на место в сердце моей избранницы. Это придало моим действиям особое ожесточение, произведшее впечатление на Зару до той степени, что в самый критичный момент она решила подняться в воздух, и Чак трусливо последовал за ней, пытаясь не отставать. Уже высоко в небе я настиг эту парочку, совершающую большой круг над озером. Я попытался подлететь к Заре с доступной стороны, но Чак до последнего оставался верным изначально выбранной тактике, вновь вклинившись между нами, и мне показалось, что в нем осталось меньше уверенности за конечный исход схватки. Это подействовало на меня ободряюще, и, совершив несколько виражей, я крякнул Заре: «Улетай», и та, то ли услышав мое указание, то ли испугавшись моего грубого голоса, сделала резкий рывок влево и унеслась прочь, тогда как я продолжал преследовать Чака, не давая ему возможности развернуться. Схватка вступила в решающую стадию, где мои действия были направлены на то, чтобы не дать Чаку вернуться к Заре и к стае, повторяя с большей, чем он мог ожидать, быстротой любой маневр, преграждая путь назад, оттесняя его прочь. Мы пронеслись над берегом озера и далее над верхушками деревьев, продолжая дуэль в беспорядочных виражах и маневрах. Со стороны могло показаться, что мы просто балуемся, демонстрируя друг другу технику рваного полета, тогда как на самом деле это была кульминация нашей схватки, в которой мне удалось склонить чашу весов на свою сторону благодаря неожиданному появлению Буя. Мой брат, как верный соратник, словно молния возник из-за верхушек сосен и, пристроившись с другой стороны, лишил Чака пространства для маневра.