Мы и они. Из жизни микробов

Буй принес согласие нескольких стай, расположившихся к югу, где раскинулось несколько озер с широкими водными каналами между ними, покрытыми густыми зарослями и камышами, и к востоку, на озере Илистом, находящемся на относительно большом от нас расстоянии, признать суверенитет нашей стаи. Ему удалось на месте разрешить конфликтную ситуацию. На западе и на севере все обстояло не столь однозначно. Мне пришлось отправиться туда самостоятельно, чтобы уладить дела, и исключительно силой убеждения мне удалось получить согласие трех местных стай, что во время осеннего перелета они отправятся в полет по нашему сигналу, сопровождая нашу стаю, и вообще будут во всем следовать полученным от нас инструкциям, что я отнес к важнейшей победе моей дипломатии.

Вскоре я вновь отправился на озеро Илистое для улаживания проблемной ситуации, что свидетельствовало о том, что наше влияние и мой авторитет ценятся очень высоко. Разрешение конфликта потребовало некоторых усилий, и, кроме того, пришлось убеждать стороны в справедливости вынесенного вердикта после череды обид. Речь шла о том, что один залетный селезень, называемый стаей «чужим», сумел добиться расположения местной утки. Это обстоятельство не нашло поддержки и одобрения со стороны стаи, и несчастные влюбленные испытали горечь изгнания, как это некогда испытал я. Мне удалось убедить стаю, что «чужой» должен стать полноправным членом общества с условием, что он будет чтить ценности и следовать законам вновь обретенной семьи, чему «чужой» немедленно присягнул и впоследствии долго благодарил за оказанную поддержку. Озеро Илистое находилось в непосредственной близости от озера Дальнего, обычно игнорируемого утками и в основном необитаемого ввиду его отдаленного расположения от путей перелета. Это место было мне близко как воспоминание о нескольких неделях моего добровольного затворничества, которые я там провел. Я не преминул бы воспользоваться случаем залететь туда, чтобы еще раз взглянуть на водную гладь, на камыши, на небольшой ручеек с родниковой водой, впадающий в озеро, если бы не предполагал, что там находится Чак, от которого давно не было вестей и которому некуда было отправляться, кроме как на озеро Дальнее. Вместе с тем мне пришла в голову отличная мысль сделать озеро Дальнее своей летней резиденцией. Мы могли бы расположиться там с Зарой, одни, вдали от стаи. На озере Дальнем мы всегда будем вдвоем, даря друг другу внимание, в окружении дикой природы, где никто не посмеет нас беспокоить.