Канонарх

Показывая на Престол Божий, преподобный сказал:

– Вот Святая Трапеза, но не видят люди, что происходит на ней во время Божественной Литургии. Мало кто понимает и предстоит Богу со страхом и трепетом. Дерзай, чадо!

На этом сон закончился, и Пётр, открыв глаза, увидел улыбающегося батюшку, треплющего его за плечо.

– Раб Божий, вот так сон, богатырский, – засмеялся добрый священник.

Пётр стал извиняться что, не дождавшись, заснул, но тот успокоил его и сказал:

– Давай-ка пройдёмся с тобой по Лавре, а ты расскажешь мне о своём паломничестве в Киев.

Батюшка, сцепив руки под рясой, медленно пошёл по дорожке, ведущей в сторону трапезного храма, а Пётр шёл рядом и начинал свой рассказ. Всё, как есть изложил он спутнику о своём путешествии, и когда дошло до благословения старца Алексея, отец остановил его и задумчиво произнёс:

– На Высоком? А не наша ли это Выша?

Пётр удивлённо спросил:

– Какая Выша, Ваше преподобие?

– Ну как же, неужели ты ни разу не был на Выше? Вышинский Успенский монастырь, что в Шацком уезде? – опять чему-то, улыбаясь, воскликнул батюшка.

– Больше никакой обители на Высоком у нас в губернии не знаю. Точно Выша, – добавил священник.

У Петра от этих слов началось волнение в груди, и он стал расспрашивать о монастыре:

– Значит в Шацком уезде? А как же мне поступить в сию обитель?

Батюшка, чуть не подпрыгнул от удовольствия:

– А я, братец, эконом этого монастыря.

Игумен наш, отец Ипатий сильно болен, вот я и решился с его благословенья на Богомолье поехать в Сергиев день. Значит так, как соберёшься идти на Вышу вспомни обо мне, пребудешь, спрашивай непременно меня.

Пётр стоял, словно замороженный и не верил своим ушам. Ну, как же так может быть, всё легко и просто, задавал он себе этот вопрос. Услышав, что батюшка предложил ему свою помощь, тут же спросил:

– Отче, простите, а как же Вас величать?

– Иеромонах Августин, эконом Вышинской обители.

Дайка, я тебе записочку напишу, вдруг меня не будет на месте, – бойко ответил батюшка и, достав из карманов рясы блокнот и карандаш, начал писать на спине собеседника.

Вот так чудо, думал Пётр. Вот так паломничество! Всё сложилось по воли Божьей и по молитвам, коими взывал он к Нему, прося явить Свою волю.