Любовь далекая и близкая

Сейчас возвращусь в комитет, посмотрю, что мы у вас сняли, а снятого хватит на все 15–20 минут, это совсем немало для нашего пермского эфира, и сразу начнем монтаж сюжета.

– А этот картавый «ленинец»… Неужели он там будет?

– Конечно, нет, не будет, не волнуйтесь. Очень стыдно за него. Со всеми, кто приходит к нам работать, я знакомлюсь лично. С ним я не встречался. Как он затесался в наши ряды – буду разбираться. Думаю, если материал хорошо смонтировать, то его можно будет вставить в ваш фильм о нефтяниках.

Как вы считаете?

– Это было бы здорово! Спасибо, Валентин Михайлович! Марина Сергеевна будет, я уверен, только рада.

– Это та прекрасная дама, что снимала богов? Где вы встретили это чудо? Конечно, в Москве?

– А вот и нет, здесь, в Березниках. Был там в командировке, увидел в гостинице, разговорились. Оказалось, ее покойный отец был нефтяником, и она очень хотела побывать на буровой. Но не получилось из-за его смерти. Пришлось мне с Леней Смольниковым свозить ее к березниковским буровикам.

– Смольников… Это тот щеголь, у которого в руках вдруг оказались изумительные розы? Ну, прямо как рояль в кустах. Он еще так здорово рассказал про бурового мастера Азанова. – Он самый, вместе учились и до сих пор дружим. Так вот, после поездки на буровую Марина просто «заболела» нефтяной темой и выбила деньги для съемки документального фильма о нефти и нефтяниках. Осталось, как говорится, всего ничего: написать профессиональный сценарий, найти грамотных консультантов и снять фильм, – улыбнулся Василенко.

 – А чтобы прорекламировать будущий фильм, возбудить к нему интерес «нефтяного» начальства, вытащила нас на эту передачу.

– Ну и молодец ваша красавица! И умница: программа о деревянных богах – и вдруг такой профессиональный разговор про нефть и о нефтяниках! Нам хоть бы половинку такого чуда, а то у нас не дикторы, а перезрелые доярки из совхоза «Верхнемуллинский».

– Что верно, то верно. Увидишь их на экране телевизора – и все.

Всякое желание его смотреть начисто пропадает. Говорю обидные вещи, но это правда, уж не обессудьте, Валентин Михайлович!

– А на что или на кого обижаться? Разве что на самого себя. Ну что делать, если оскудела Пермь красивыми девушками?

– Могу помочь, есть такая девушка…

– Вы серьезно?

– Еще как! Серьезней не бывает. Девушку зовут Оля. Живет в Соликамске, но она пермячка, уехала туда из-за парня, с которым не сложились отношения.