Непридуманные рассказы и рассказики. Рассказы. Миниатюры

Дом… квартира… Волком выть вечерами, в выходные и праздники. Соседи не зайдут и соль попросить. Черти их видели, соседей, а я и не знаю, кто такие.»

Семен Петрович устал уже два или три часа шагать вдоль проселка, дорога пошла вдоль единственной разбитрй улицы заброшенной деревни – десяток дворов и только из трубы одного дома шел дым. Во дворе женщина развешивала выстиранное белье.

– Можно у вас чуть-чуть обогреться? И пить хочется.

Внимательно всего осмотрела.

– Обогреться – только дрова наколоть надо, печка скоро прогорит.

И воды я не успела набрать, а колодец через два дома. Принесете?

Березовые чурбаки кололись на удивление легко, а принести пару ведер воды из скрипучего колодца – что проще?

Совесть

У Семёна Петровича не было совести, совсем. Ему жена часто говорила:

– Совсем у тебя, Семён, совести нет! Ты опять посуду за собой не помыл и у тебя есть другая женщина.

А другая женщина Семёну Петровичу тоже:

– Совсем у тебя, Семён, совести нет. Когда уже ты со своей мымрой разведешься? Я от тебя, Семён, ребеночка родить хочу!

Начальник Семёну Петровичу замечание делает:

– Вы, – говорит, – Семён Петрович, опять на работу опоздали и проект вовремя не сдали.

Вы, – говорит, – Семён Петрович совесть потеряли. Из-за вас, Семён Петрович, весь отдел без премии остается!

– Петрович, у тебя совесть есть? Ты когда долг отдавать собираешься? – сослуживец в обеденный перерыв спрашивает.

Идет Семён Петрович по торговым рядам, картошку-моркошку покупает, чтобы жена ему борщи-солянки всю неделю варила.

Стоит в торговом ряду пожилой мелкий мужчина в серенькой кепке-плевке, перед ним ряд баночек и на каждой фломастером написано «Совест».

– Чо за фигня? – спросил Петрович мужчинку.

– Кому фигня, а кому не хватает. Кто-то потерял, кто-то запачкал, у кого-то совесть заболела. Разное бывает. Бери, раз спросил, что это – тебе нужда есть.

Подумал Семён Петрович и отвалил мужичку половину своей небольшой премии.

– Ты это, сразу всю не глотай, прими в три приема в течение дня.

Если сразу всю употребить – заболеть можно.

– А она годная? – только и спросил Петров, перед тем, как положить совесть в пакет с конфетами.

«Седых волос нажил вокруг проплешины, а ума не случилось,» – переживал Семён Петрович. «То она ноет, то спать не дает, ворочаешься всю ночь. С женой-мымрой разошелся, а другая женщина сама ушла. Сказала, что она не кухарка и не посудомойка, а про ребенка это было просто так, минутная слабость.