Непридуманные рассказы и рассказики. Рассказы. Миниатюры

– Реб Арье-Лейб, но тогда может быть вы сами?

– Реб Дворкин, я давно замечал, что вы метите стать главой Академии, но чтобы вы вот так открыто высказали свое намерение! Все ведь понимают, что главный академик Хелма не может перейти в мусульманство, это было бы так наперекор Талмуду, против Мишны, Гемары и даже Галахи! Я удивляюсь на вас, реб Дворкин и я возмущен!

Молчание евреев затягивалось. Каждый думал «А может быть сейчас кто-то поднимется и я не буду искать причин, почему я не могу этого сделать», и каждый думал «Если даже я соглашусь, как я объясню это своей Малке (Двосе, Сарочке)?», и каждый думал «А что скажут мои тесть и теща, что станет с моими детьми, они станут евреи у отца мусульманина?», и каждый сердился «И надо было этому Арье придумать такое, когда дома меня ждет тарелка великолепного супа и пирог со сливовым вареньем, наверное, уже готов и остывает!»

– Евреи, подумайте! Вы только подумайте! Тот, кто станет мусульманином, сможет совершить хадж в Мекку, а когда он поедет в Мекку, он сможет сделать небольшой крюк и увидеть город Давида и Соломона!«Были бы деньги, я и сейчас мог бы увидеть город и Соломона, и Давида,» – думал про себя каждый, – «а где возьмутся деньги на хадж и на что мне та Мекка!»

Арье-Лейб продолжал с воодушевлением:

– Подумайте, евреи! Каждый мусульманин может жениться четыре раза! Подумайте – четыре раза и для этого не надо разводиться с предыдущей женой!«Четыре тещи, четыре тестя… а сколько остальных родственников?! Это же страшно подумать!», – мысленно возражал каждый.

Только Шлёмчик, самый молодой из собравшихся поелозил на своем месте, но тяжело вздохнув, успокоился. Все знали крутой нрав и тяжелую руку Цили, жены реб Шлёмо и сочувственно посмотрели на него.

– И еще, евреи, подумайте! Вы таки не попробуете свинину, которая мусульманам запрещена, как и нам. Но вы сможете положить ложку сметаны, даже две в кастрюлю, где тушится говядина, и сможете полить ваши крепелах с говяжим фаршем той же сметаной или выпить стакан молока после того, как съедите эйсик-флейш! Что-то в словах реб Арье-Лейба заставило евреев оживиться.

«А ведь что-то есть в этом!» – подумал Додик Вольфсон.«Может быть надо – значит надо?!» – решал тяжелую задачу Шлёмо. И только реб Дворкин решился:

– Я патриот Хелма! И если это надо для города и для нашей общины… Но свинину я все равно кушать не буду, мне не понравилось.