Птица вещая. Стихи

Кто прям и честен, разве не чудак,

весь на виду и нет защитной тени…

А компромиссы прячут от атак

ничтожества, бездарности и лени.

И вы в согласье с ними как друзья,

от них вам манна с неба, воля случая…

А если скажут вдруг, что так нельзя,

увы не рухнет в прах благополучие…

Лишь исказит усмешка угол уст,

окно лица не занавесит горесть,

теряется важнейшее из чувств,

щемящее, больное чувство – Совесть.

Когда мне тесно, я ломаю двери

Когда мне тесно, я ломаю двери,

пустыню улиц за собой вожу,

из чьих-то судеб, ставших вдруг потерей,

без стука и обиды ухожу.

Не обиваю старые пороги,

и лица раздвигаю, чтоб пройти

к ветрам из комфортабельной берлоги…

Из Века в Вечность есть ещё пути.

В келейной тишине аллей

В келейной тишине аллей

есть святость залов углублённых.

Стволов колонны держат кроны

и свод туманов и огней

в келейной тишине аллей.

Немногословная листва

в дыханье ветра оживает.

И знобко музыка витает,

не нарушая торжества,

немногословна, как листва.

Как душа кровоточит

Я немножко Горгона – своими остатками кос.

Привяжу к ним на время, похоже, вдруг впавшее в прелесть

Моих песен и слёз, моих искренних песен и слёз,

Обращу тебя в камень, но этого мне не хотелось.»

    Кабачкова Ирина

Как душа кровоточит, у боли нижайший порог,

все колдобины мира сквозь сердце моё пролетают,

и любовь застревает горячею раной меж строк,

одного лишь хочу, чтобы ты никогда не растаял.

Месть Горгоны страшна, но, пожалуйста, не каменей,

ледяную скульптуру мне б тоже не очень хотелось,

хоть порой моих строк лучезарно-любовный елей

превращается в яд, как фатальная оголтелость.

У поэтов всегда перемены в сознании чувств,

постоянно проходят метания и круговерти.

И особенно тошно, когда это сборище муз

моё сердце как шарик земной лихо крутят и вертят.

Слышишь, топот копыт над землёй в песне ветра несется

Слышишь, топот копыт над землёй в песне ветра несется,

где-то в древней Руси снова гудки берёт скоморох…

То не поле горит, это всходит крамольное солнце,

то не чаща гудит, это ветер от стонов оглох.

Заторможен эфир голосами времён и наречий,

но сквозь плач серенад и моторов ревущую медь,

слышишь бьётся беда, и ложится планете на плечи

тяжесть взрывчатых тонн, под коротким названием

«Смерть».