Адам и Ева

Вместе со съестными запасами – несметными стадами тараканов. А вместо скалы появилась вода. Причём она прибывала и надвигалась. Словно скала провалилась, образовав озеро. Как и в первую встречу, вода была чёрной и тяжёлой. Мёртвой. Никаких волн, даже мелкой ряби на поверхности. Словно это и не вода вовсе, а намокшая плотная ткань. Их затопило по щиколотку, по колено, по пояс, по грудь… И вот уже они поплыли, смывая с себя пыль и с наслаждением глотая воду.

Они держались на поверхности, почти не делая никаких усилий.

То ли они стали сверхлёгкими, то ли вода была слишком плотной. Если находились какие-то тела, они без разбору наполняли ими желудок. Приятно было лежать на воде после пыльной утомительной прогулки. Вода куда-то передвигалась и они вместе с ней, лёжа на её поверхности, как на палубе незнакомого корабля, несущего их в неизвестность. Главное, что они не стояли на месте, а двигались. Они так и уснули на воде, перевернувшись на спину и раскинув руки, не думая ни о какой опасности: какая под ними глубина, или куда их унесёт эта тёмная лавина…

Когда очнулись, воды не было и в помине, словно им всё приснилось.

Но их одежда была насквозь мокрой, а тело насыщено влагой. Он стал стаскивать с ног размокшие ботинки, видимо, они ему мешали. Она хотела последовать его примеру, взглянула на свои ноги: обе оказались босыми…

***

За всё время они не ощутили ни жары, ни холода, как будто температура окружающего мира была соизмерима с температурой их тел…

Он, наконец, сумел высвободить ноги из потерявших форму ботинок и теперь сидел, наклонив голову, с интересом рассматривал свои ноги, будто впервые видел, отдыхая после утомительных усилий.

Он равнодушно наблюдал, как она взяла его ботинок, примерила, потом отставила в сторону.

И снова в путь. Почему они не оставались сидеть или лежать, что их подгоняло вперёд и вперёд? Может, они искали выход из мёртвого пространства? Однако головы их не утомляли никакие мысли, ими руководили инстинкты, как автопилот.

Кто их снабдил этим автопилотом?

Голод и жажда вконец измучили их. Они еле брели, часто падая, а порой ползли на четвереньках вперёд, только вперёд. Лишь изредка неожиданные встречи разнообразили их путь.

Вот и теперь дорогу им преградила движущаяся полоса. Они подобрались совсем близко и различили крыс, сосредоточенно и энергично бегущих в одном направлении подобно огромной армии, спешащей на захват чужих земель или, наоборот, спасающейся от преследования.