Чертополох. Репортаж из поднебесья

Все ближе и ближе подступали облака. При виде их каждый раз у меня появлялось желание прыгнуть на них с высоты и порезвиться как в стогу соломы. Далеко за элеронами догорали мосты. Другой на моем месте взял и уехал, но я не мог уехать, не лишив себя иллюзии на повторное возвращение и бесцельное прожигание жизни.

Каждый «лимитчик» с нетерпением ждет окончания срока временной прописки. В конце декабря у меня заканчивался этот срок, и документы на постоянную прописку уже лежали в моей тумбочке. Но радости от этого не было.

Потому что постоянная прописка ничего не давала кроме возможности встать в очередь для получения жилья, лет через десять. Увеличивая сроки ожидания одиночества и неустроенности. И поэтому я должен был сделать так, чтобы лишить себя этой возможности.

Но для этого нужен был документ, компрометирующий меня в глазах общественности. Который гарантировал бы отказ в постоянной прописке. Опуститься до того, чтобы подобрала, меня милиция в нетрезвом состоянии я не мог.

И поэтому ждал случая. И когда представился случай, я сразу же воспользовался им, даже не успев опомниться.

Ежегодно мы с друзьями встречали новый год за городом. И каждый участник новогоднего стола должен был внести свою лепту. Мне выпало достать мешок картошки.

В овощных магазинах давали только по три килограмма. И поэтому ребята «договорились» с рабочими на овощной базе, возле которой мы работали, и внесли кое-какую мзду. Мне оставалось всего лишь найти машину и привезти ее к месту пиршества.

Весь ужас я понял только за воротами овощной базы, когда словно из-под земли вырос перед машиной милиционер с черно-белым жезлом.

– Опля! – вырвалось у меня.

Видя перед собой милиционера в сержантской форме, я спиной чувствовал мешок в багажнике. Его примерный вес, цвет и даже пыльный запах мешка. Машина взвизгнула тормозами. Сержант отдал честь:

– Почему Вы заехали на территорию плодоовощной базы? Знаете ли Вы, что это не положено?

Таксист пожал плечами.

Делая вид, что ему всё – равно, куда прикажут пассажиры, туда и едет. Смерив меня подозрительным взглядом, сержант попросил открыть багажник. По моей спине побежали мурашки. Мне ничего не оставалось, как выйти из машины и следовать за сержантом к красному «жигуленку» с рацией.

– Вот люди! Уже машинами воруют, – сказал он сидящему за рулем лейтенанту. И повернувшись ко мне, добавил:

– Документы есть?

Я нехотя вытащил паспорт.