Форексмен

Кем ты по специальности будешь, когда выучишься?

– Экономист я. Грубо говоря, бухгалтером буду.

– Не будешь ты никогда бухгалтером. В офисе сидеть, циферки считать, бумажонки перекладывать… Нет-нет, темперамент не тот.

– Почему же? – воодушевился Филипп. – При самом благоприятном исходе могу в крупную компанию устроиться, тогда буду не просто бухгалтером, а начну экономическими делами заведовать. Предел у профессии, разумеется, есть, но топ-менеджеры – далеко не последние люди. И зарплаты у них не зарплаты, а мечта.

– Уж прости, но такие, как ты, в этой жизни могут стоять либо главнее главных, либо ничтожнее ничтожных. Короче, либо царем, либо нищим. Середина не для тебя. Если ты за одно слово готов на сотрудника полиции стол опрокинуть, это говорит о многом. У тебя темперамент южный, хотя по внешнему виду не скажешь.

– Смотрю, полицейские нынче навыками психологов обладают, – улыбнулся Филипп. Лейтенант оказался хорошим человеком, которому не чуждо здравое мышление.

– И правда, что-то я разговорился. – Лейтенант вздохнул, поднял листок, над которым корпел четверть часа, и демонстративно его разорвал. – Бери свои сумки и ступай с миром. И больше никого не режь, – посоветовал он из-за стола. – По крайней мере, сегодня, – добавил он, когда Филипп уже вышел из комнаты.

Это и не входило в планы Филиппа. Задача номер один для него: добраться до комнаты и спрятать деньги.

Крыльцо общежития он пересек без пяти одиннадцать. Вахтерша проводила его недобрым, хоть и слегка приветливым взглядом. Интересно, чем она вечно недовольна? Таращится на студентов с нескрываемым презрением. А с вопросами к ней вообще лучше не подходить. Филиппу знаком такой тип людей. Некие канцелярские короли, которым все вечно должны.

В комнате темно и гуляет ветер.

На пороге пришлось споткнуться о чужую дорожную сумку. Лишь вовремя подвернувшийся дверной косяк спас Филиппа от падения. Он звучно выругался и зажег свет. Разбросанные у порога вещи – неотъемлемый признак соседа по комнате.

Филипп перешагнул бедлам и увидел на кровати раскинувшегося прямо в одежде человека. Тот улегся, не удосужившись даже снять куртку, благодаря чему напоминал бомжа, а рваный храп только подтверждал суждение.