Уровень ZERO. Монстр из Синего Камня

Уровень ZERO. Монстр из Синего Камня

Анна Артюшкевич

Герои романа – журналисты Зинаида, Борис и Роман – становятся участниками жутковатых событий, связанных с исчезновением художника Алексея, чьи полотна обладают удивительной силой, и с чудовищными экспериментами, которые ставят гениальные, но безнравственные ученые. Все это происходит на фоне любви Зинаиды и загадочного разведчика Глеба и под воздействием языческого камня из деревни Синий Камень, который пробуждает у них сверхъестественные способности.

Уровень ZERO

Монстр из Синего Камня

Анна Артюшкевич

© Анна Артюшкевич, 2018

ISBN 978-5-4483-0924-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

I

Липкая влажная ночь.

Пахнет рекой. Много других запахов, резких и непривычных. Острые иглы страха покалывают затылок. Иглы такие холодные, что замирает сердце.

Мелкие капли дождя. Тихо, темно и пусто. Очень хочется пить. Пытаюсь понять, где я?

Размеренный стук подков. Гулкий и очень близкий.

Темно-багровый свет растекается по мостовой… Черные тени коней. Фонарь на цепочке сзади высвечивает мокрый, поблескивающий экипаж.

Я прижимаюсь спиной к холодной скользкой стене, и в экипаже вижу бледный застывший профиль. Но профиль – не человеческий… И я изо всех сил стараюсь не закричать…

Шелест дождя, мягко шуршат шины. От красного света лужи – как пятна крови… И я понимаю, что это совсем не карета, а черный, похожий на катафалк джип. Белеет лицо за стеклом, нечеткое, словно размытое… Бросаюсь к машине… И обмираю: там, за рулем тоже не человек…

***

Пронзительный вой сирены вонзается в мозг, и разбивает кошмар на сотни мелких осколков.

Я открываю глаза и вижу синюю бабочку на тонком стеклянном плафоне под потолком. Хлопаю по будильнику и наблюдаю за бабочкой минуту, другую, третью, стараясь уловить вибрации душевной гармонии. Но гармония, видимо, плутает в переплетениях улиц, надеясь разобраться за кисеей дождя в номерах мокрых домов… Вздыхаю и поднимаюсь.

…Я всегда видела странные яркие сны, и почему-то считала, что так и должно быть. И лишь повзрослев, изумилась тому, что нормальное большинство видит их, как гравюры: в черно-белых тонах. А некоторым вообще ничего не снится. Я жалела несчастное большинство, благоразумно помалкивая, что путаю сны с явью. И не распространялась о том, что нередко со мною случается что-то сначала во сне, и только потом – наяву. Я понимала: нормальность – понятие относительное.