Суражский вокзал. Рассказы

Он уже открыл багажник своей машины и взял подготовленный заранее большой аккумулятор. Поставив его поближе к костру, принес буксировочный трос и начал обвязывать им батарею, нервно дергая каждый узел. Взяв двумя руками груз, пошел к лодке. Свободный конец тянулся по песку, как змея. Повернувшись лицом к каменным статуям, он добавил:

– Если кто-то из вас подумает взболтнуть об этом, то будет выглядеть примерно также. Экватор, взрывай петарды. Веселимся дальше!

Все смотрели, как лодку забирала темнота озера, которой управлял Фарадей.

Он энергично греб подальше от берега. Заплыв на середину, остановился и сказал:

– Можешь уже открыть глаза, я и сам поверил в твою погибель. Молодец, Люси! Сыграно блестяще!

В небе летали цветные петарды.

– Молодец, Экватор! Вы, оба молодцы! – добавил Фарадей.

Люси тихонько хихикала, снимая кровавую майку. Затем вымыла голову водой. Фарадей взял свой старый армейский бинокль и смотрел на берег. Музыка зазвучала громче.

Все происходило так, как он и предполагал. На берегу были видны Лена с Наташей и Экватор. Остальные из массовки поспешно уехали на второй машине.

– Ну, теперь ты довольна? – Фарадей смотрел в небо.

Губы еле заметно заулыбались. Тень Евы уже летала где-то рядом с лодкой. Стало совсем темно. Лодка поплыла туда, где были спрятаны вещи Люси. Теперь Люси лежала на дне лодки под пледом, почти до самого берега. Фарадей перестраховывался. Он опустил аккумулятор в воду.

Конец буксировочного троса резко ушел в глубину. Фарадей толкнул Люси. Она бесшумно нырнула за борт, уже в ластах и маске, и исчезла во мраке.

Лодка причалила недалеко от происшествия. Фарадей смыл краску и привязал ее цепью к дереву. Он пошел опять по молодой аллее и увидел в конце тень Евы. Он сел и оперся спиной о ствол. Тень летала между деревьями и шептала:

– Я повсюду. Я повсюду.

Фарадей старался точно вспомнить ее лицо и не мог. Только шрам у ее левого виска, который Ева искусно прятала.

Лицо являлось в постоянном движении, то, зовя и улыбаясь, то нервно оправдываясь. Именно так – середины не было. Вот такая она и осталась в его памяти – влюбленная до безумия и чужая, агрессивная в моменты своих оправданий.

– Зачем она так со мной поступила? Именно из-за нее в его жизни и происходит все так, как она заранее хотела.

Фарадей уже сам стал деревом в этой ровной аллее в ночной тишине.