Избранница Хаоса

Изара одарила его осоловелым взглядом, стоило отстраниться, напоследок огладив костяшками щеку. И… опьянение наконец взяло свое – она будто бы моргнула, да только глаз снова так и не открыла. Отрубилась за секунду.

– Ну обалдеть теперь, – пробурчал Дар, к такому повороту событий хоть и готовый, но совершенно им не обрадованный. В штанах было тесно и твёрдо, хоть иди камни Тор Гаттара раскалывай. – Грёбаные кошки!

Делать нечего: пришлось укладывать полосатую негодяйку поудобнее да заворачивать в одеяло.

И старательно не думать о том, что оставил метку на едва знакомой оборотнице. А такое обычно делают лишь с теми, кого выбирают себе в пару.

«А и хрен с ним, – отмахнулся Дар. – Зато хоть до Моэргрина живая доедет».

Ну да, живая. И не достанется никому в ближайшую неделю.

Поправочка – никому другому. Ибо какой же медведь откажется от своей добычи?

Глава 5

Среди людей бытует мнение, что оборотням похмелье незнакомо. Равно как и невыносимый стыд поутру.

Про похмелье – правда. Про стыд… ну-у…

– Блин, блин, бли-и-ин, – застонала я беззвучно, едва продрав глаза. – Это ж надо было!..

Да я со времён Магистерии так не ужиралась! Какой дрянью они меня опоили? С медком и ягодками… Что за ягодки были в той самогонке?!

Ладно, Изара, зато тебе урок на будущее: никакого гномьего пойла, если не хочешь поутру утопиться со стыда в ближайшем унитазе.

Нервно комкая в руках краешек одеяла, с опаской приподняла голову.

Нахальной морды «охранничка» поблизости не видно. Да и не слышно вроде тоже. Секундная досада вмиг сменилась облегчением: клятого медведя неохота лицезреть в ближайшую вечность. Хватит и того, что я им провоняла насквозь.

Принять душ хотелось нестерпимо, но делать это здесь я не рискнула. Вдруг вернётся, напасть белобрысая?.. Наспех оделась – благо шмотки после весёлой ночки уцелели – да побрела на поиски своего мини-прайда. Славься, тигриный нос – найти оказалось несложно…

Хаос, да лучше бы не нашла! В нашей с Джилом комнатушке обнаружились и он, и его сестрица.

Едва завидев меня, оба ехидно заулыбались и тут же принялись тянуть воздух – старательно и чуть ли не наперегонки. А затем Лил возмущённо покачала головой, вынула из кармана пятёрку и сунула братцу.

– А вот нечего делать ставки против заведения, – довольно хмыкнул тот, упрятав мятую купюру в нагрудный кармашек. – Говорил же – не трахались.