Избранница Хаоса

Впрочем, то, что у Кэм была свиданочка с одной блудливой кошкой, понятно по одному только аромату – сладкому, чуть пряному, но несомненно хищному, оттенившему привычный запах медведицы.

– А теперь объясни мне, милая, что ты делала у Изары? И почему без меня? Это моя котейка, я её первый увидел!

– Это и моя котейка тоже, – возразила Кэм, вперив в него насмешливый взгляд. – Между прочим, я не уверена, что хочу делиться. Огонь, а не котейка! Премиленькая к тому же, так бы и съела эту карамельку…

Дар понимал, что она издевается, однако всё равно с трудом сдержал зародившийся в груди низкий рокот.

Уж он-то делиться ни с кем не станет, это просто сотня грёбаных процентов. Карамелька, ну надо же! Хотя Изаре подходит, да.

«Надо бы запомнить».

– Поздно, я ту карамельку уже надкусил.

На сей раз Кэм глянула с явным раздражением.

– Да уж, я твою зубную карту на милашке заметила, как она ни прятала.

– Прятала? – весело переспросил Дар, хотя его внутренний зверь таких новостей не одобрил и даже немного обиделся.

 – Плохая, плохая киса!

– Сладенький, объясни-ка мне сейчас же – что это у тебя за дебильные шутки? – Кэм хищно вскинулась, лицо её вернулось к привычному выражению – мол, кого-то тут сейчас поимеют, и этот кто-то буду не я. – Ты на кой хрен её пометил? Кошки очень злопамятные, сам ведь знаешь. А Крэстани от твоей выходки в бешенстве, и тут даже телепатом быть не надо.

Будто Дар сам не в курсе. Оставь в нём кто-нибудь зубы без спроса – кормить ублюдку ворон и червей.

Да он бы и спросил, честно. А может, и вовсе не стал бы делать подобных глупостей, не бей по мозгам гномья самогонка…

Да нет, стал бы. Клятая кошечка бесповоротно поломала его мозги за каких-то полчасика.

– Захотел и пометил, – пожал он плечами. – Зато она добралась до города живая. И не помеченная кем-то ещё.

От одной только мысли захотелось кому-нибудь что-нибудь откусить. Ещё не хватало – метить его законную добычу!

– А, то есть ты уже и отмазку придумал? Шустрый, как всегда, – язвительная улыбочка Кэм тут же сменилась раздражённой гримасой.

 – Дар, кому ты врёшь? Эта норовистая конфетка – крупная хищница, альфа, матёрая убийца. Не найдётся такого дурака, который рискнёт её прибить или пометить… Даже у меня от неё шерсть дыбом; а меня, ты знаешь, напугать трудно, – Кэм зажмурилась и устало потёрла переносье, точно утомлённая беседой. – Не мне тебе объяснять, насколько Греймору необходима эта ликвидаторша. Именно эта.