Опасайся человека одной книги. В преддверии

Что для трепетных сердец Каца и Яшки было невыносимо видеть и поэтому последний из них по порядковому числу, но первый завистник в качественном определении, не стал дожидаться хэппи-энда, на который у него было своё смекливое воззрение, и влез со своим занудливым словом.

– Фома! – с элементами утверждающего возмущения, встрял в этот немой разговор между Фомой и Люси, этот «ни себе ни людям» Яшка.

– Вот как, – последовавший ответ со стороны Люси, не торопящейся отделить своё внимание от этого, «достал уже всех страдальцев» Фомы и перевести взгляд на эти жаждущие внимания лица Каца и Яшки.

– Ага, – Фома, в свою очередь, сумел-таки себя позиционировать с произнесённым Яшкой именем.

– Запомню, – улыбнулась Люси и, вернув себе руку, уже первым этим движением заставила улыбнуться Яшку и Каца, в предчувствии своего незабываемого рукопожатия, на которое пришло и их заслуженное время. И если рукопожатие с Кацем прошло с таким же приветственным формализмом, то быстротечность молчаливого рукопожатия между Яшкой и Люси, под чьей улыбкой не смогло укрыться возникшее напряжение, не прошло мимо уже ставших наблюдающими лицами Фомы и Каца.

– Надеюсь, полёт был не слишком утомительным. – заняв центральное место в этом импровизированном круге, Люси, обращаясь ко всем, где каждому в отдельности казалось, что это обращение касалось только его, наконец запустила процесс самой встречи.

– Разве полёт сюда может чем-то утомить, кроме нетерпеливого ожидания времени прибытия? – взяв на себя право отвечать за всех, Яшка проигнорировал желание других высказаться, а также пренебрёг брошенным на него взглядом проходившего мимо него грузного фаната Бориса и его товарищей по фанатскому делу во главе с вызывающим у прохожих неуверенность в своих силах, мускулистым типом.

Ведь при взгляде на него, все умеющие видеть, осознают всю бренность попыток сравняться с ним. Хотя, наверное, их внимание привлекла не фигура какого-то выкормыша и доходяги, в ком перед ними предстал Яшка, а стоящая рядом с ним достойная пристального внимания фигура девушки, не понятно каким образом, оказавшаяся в компании этих хмырей. И эта мысль о не всегда верной относительности бытия женского пола, сверлила каждого мимо проходящего мужика в штанах, каждый из которых, однозначно считал только себя достойным стоять рядом с ней или хотя бы занимать своё достойное место на коврике у порога её квартиры.

– Ну это у тебя такое мнение.