День восьмой. Том первый

В конце концов воспитательница только непонятно передёрнула плечами и показала рукой на дверь спальни.

Зинаида Фёдоровна, кивнув, скрылась за ней. Мальчишки, занятые своими делами, даже не заметили её прихода – они даже и не знали, что в группе появилась новенькая!

– Ребята, всё, собираемся в церковь! – Захлопала у себя над головой в ладони Ольга Дмитриевна. – Пора! Пора! Аккуратно складываем игрушки и собираемся!

Ирину всегда очень раздражал её вот этот жест. По стойкому убеждению девочки, именно так делали все воспитательницы во всех детских садах.

Из группы Ирина никогда не торопилась выходить первой. Ей очень не нравилась сутолока, возникающая в тесной раздевалке в первые несколько минут, пока самые шустрые ребята делили одежду. Девочка несколько раз случайно попадала в эту толпу, и с ней каждый раз происходило что-нибудь неприятное: то кто-нибудь закидывал на шкафчики шапочку, то по разным углам расшвыривали туфли, то срывали уже одетую куртку и с ней убегали на улицу.

Самым хорошим было то, что миниатюрный размер Ирининой одежды мало кому подходил и можно было не бояться, что кто-то наденет любимую голубую болоньевую куртку или синюю шапочку, которая к этой куртке очень шла.

Толпа детей с гиканьем и шумом высыпала в коридор. Ирина на цыпочках подобралась к двери в спальню и заглянула внутрь. Ей очень захотелось ещё раз увидеть новенькую, хотя бы издалека.

Зинаида Фёдоровна сидела на стуле у постели новенькой и тихонько дремала. На скрип приоткрываемой двери она встрепенулась и подняла голову:

– Здравствуй, Ирочка!

Голос у неё был удивительно чёткий и ясный. Слыша его, Ирина каждый раз вздрагивала: ей казалось, что неожиданно включилось радио.

Девочка быстро-быстро закивала и перевела взгляд на постель, где спала незнакомка. Ничего нового она не увидела. Ирина вздохнула и захлопнула дверь.

Хуже всего, конечно, будет Людмиле Ивановне, ей из-за новенькой здорово попадёт.

Ирина тут же представила, как тоскливо будет для этой девочки просыпаться. Сначала лежишь и кажется, что ничего не произошло. Потом быстро и неотвратимо, словно электричка, накатывают воспоминания о гибели родителей, каким-то краешком сознания ещё пытаешься уцепиться за надежду, что ничего страшного не произошло, что всё это дурной сон, потом открываешь глаза…

В постели чувствуешь себя совсем незащищённым.