День восьмой. Том первый

Ирина однажды уже испытывала это, когда очутилась в больнице. От непривычности обстановки она долго не могла уснуть и забылась сном только под утро. Она даже проспала завтрак, а когда проснулась, то палата уже жила своей обычной дневной жизнью. На неё почти никто из девчонок не обращал внимания, тогда они ещё не знали, что она детдомовка. Все просто ходили, смеялись, разговаривали. А Ирина лежала, ещё сильнее вжимаясь в одеяло и думая, что не перенесёт этого стыда, когда нужно было показаться в одних трусиках перед совершенно одетыми детьми.

А любой одевающийся человек всегда выглядит немножко смешно. Тихонько хныкая от жалости к себе, девочка тогда принялась одеваться прямо под одеялом.

И Ирина порадовалась за новенькую, которой очень повезло: когда она проснётся, в группе никого, кроме Зинаиды Фёдоровны не будет. Эту бабушку можно не стесняться. Но как же всё-таки тоскливо будет новенькой в первые минуты после пробуждения. Она сразу увидит нарисованных на стене спальни трёх медведей, которые взявшись за лапы, водили хоровод вокруг берёзки и чему-то радовались.

При взгляде на эту картину Ирина думала, что так они веселятся из-за того, что Машу уже съели.

А новенькой сначала будет плохо, потому что она вспомнит про родителей, а потом станет ещё хуже, когда она увидит, как веселятся медведи. Что может при плохом настроении испортить его ещё больше? Только чужое счастье.

Оставалось ещё одно незаконченное дело: нужно было отдать воспитательнице ручку.

Правда, брала она её у Людмилы Ивановны, а отдавать придётся Ольге Дмитриевне. Впрочем, всё равно она была общая.

Ирина с сожалением погладила пальцами сверкающий пластиковый корпус авторучки и опустила её в карман.

В раздевалке почти никого не осталось, только Вика около окна натягивала на себя куртку и Ольга Дмитриевна стояла перед зеркалом, расправляя какие-то только ей видимые складочки на своём плаще. Ирина протянула ей ручку. В лице воспитательницы на миг появилась гримаса удивления.

Она автоматически взяла предлагаемое, непонимающе повертела в руках, и наконец, положила на трюмо, перед которым стояла.

«Хоть бы убрала куда-нибудь! – С неожиданным раздражением подумала Ирина. – Своруют ведь! Неужели она не видит, какая это хорошая ручка? – И тут же осекла сама себя. – Может я так думаю только потому, что сама эту ручку недавно украла»

Нахмуренная, Ирина подошла к Вике и кивнула, здороваясь. Вика заулыбалась.