Личное дело, или Обнова. Избранное из неизданного

А там будет видно. Да и нельзя останавливатся. Нам старикам важнее всего не выпрягаться до конца

Старики темнеют. Между ними на полу заулыбался, забился белый блик, как пойманная, испуганная птица. Но бесшумнно. Свет – звук без плоти. Душа лишь описание тела. Но описание – жизнь.

Мостки. Через чур

1. Глаза и уши разрушают мир.

Послушай шелест света.

Стакан молчания. Шепчется свеча.

2. Творение – жажда. Или дождь огней нагих.

Жажда ж – ночь. Ручей одежды чёрный.

Ночь – ожидание чуда.

Сочен топот сна.

3. Быть – это сам.

Сознание – рядом.

Мысль – самовозникновение или само возникновение.

4. Мозг – это устройство, которое не думает или устройство чтоб не думать. Оно срабатывает, выдавая готовую отпечатанную мысль.

Думы – мы.

Решения же – не наши.

5. Окно обмакни вселенною.

Тень истины – усталость.

Снег сна – ресницы. На них смеются синим, сиреневых стихов рос.

Сновещь. Спех

столбец 2

I. Исток ока.

Внезапно аркой вспархивает, – синь-порох хора, – серебряная, как собор большая, как лес весёлая, как огонь нежная, легко льющаяся, пышно-неслышная, – не спится, – птица.

Пылится палица лица. Спалятся пальцы. Птица длится.

Рябина – дроби. Робкий барабан. Клюёт ли лико клюквы? Ключи, лучи, клюки ли звука туч?

Летунья льётся.

С места на место мирно перепархивает. Ветки – ткани смех. Шуршат голубые сундуки взмахов храма рыхло-вихрого хитроструйных грустных крыльев.

Оглядывается удивлённо смарагдовым градом груди глаз.

Оперенье сонливо переливается, как старинные рясы фиолетового лета. Тёплый лиловый ливень. Заспанные завесы жемчужно-вьюжные. Воз визга золотоволосого.

Самоголос:

– Опоздаешь, Спех!

Спех бежит застегиваясь на ходу. Вздох, как овраг чёрного входа прохлады. Выбегает, мохнато хлопнув дверью, на лестницу. Выщербленные каменные ступени. Пыль скрипит питьём. Перила пролились. Сломанные поручни. Пальцы ломит целью. Извиваясь, вниз сбегая густой лентою.

Жаркий хвост потух. Страх.

Сбежав несколько ступеней Спех возвращается: закрыл ли дверь?

Но дверь холодно закрыта. И она другая: огромная, чёрная. Обита важной кожей. Чужая. На ней чищенная, сияющая, думающая медная дощечка. На дощечке чьё-то имя. Чьё? Некогда прочесть.

Рывком снова вниз. Сломя голову. Склока бега. Скатываясь, спотыкаясь. Дрожат колени. Прерывисто ворованные шаткие шатры шага. Серое сердцебиение. Вздох рухнул хламом моря.