Оранжевый солдатик. Стихи

И видишь ты, как падает из рук

Пластмассовое детское ружьишко —

И хочется сказать – ну это слишком…

И ты не центр мира, даже не

Сыграешь коду на шестой струне —

Отчаяние, злобу и молитву…

Смотри, опять хорошее налито —

И значит, смерти нет на битый час,

И «я» перевирается вдруг в «нас»,

А «мы» – такая странная морфема,

В которой каждый сам и каждый плох.

Скорби над умирающим теплом,

Сроднившим нас теплом – отравой в венах.

Зима

Зима, прошу, останови свой бег,

Останься навсегда.

Укутай льдом печаль озёр и рек,

В них мёртвая вода.

Снег чистый – белизна бинтов для ран

Измученной земли.

Стань комой – настрадался ветеран…

За что? Как мы могли?

Я знаю: над весной победа – пиррова…

Будь до Конца,

Чтоб люди научились генерировать

Тепло в сердцах.

Сказочное

Похмельный гопник вечером нескладен:

Глаза на лбу, трясётся, пересох.

Тащиться надо за лекарством к Наде.

Дорога напрямки ведёт в лесок.

И вот пошёл он, сумрачный, кряхтящий,

Глядит вокруг – а нет ли где ребят?

Но – пустота. Пивка никто не тащит…

И вдруг – засёк рябину и тебя.

Вы с ней нередко сумерки встречали,

Как две сестрицы, неразлучны с ней.

Ты ей читала все свои печали,

Она роняла капли крови в снег.

Тревожен путь по сказочному лесу.

Ты замолчала. Он сказал «бу-бу».

Глаза его на лоб уже не лезут.

Они ведь у него и так на лбу.

Чистилище

Снежное утро.

С похмелья при свете.

Тянет машины град на холме

Невидимой сетью.

Мне не до них, я беру скребок —

Я чищу дорогу.

Я неулыбчив, как антибог.

Непросто быть богом.

Над головою воняет пар

Вчерашним дымищем.

Чистится, чистится мой тротуар,

Но я не очищусь.

Где-то в сияющем граде ты

Узнала до срока —

Будут не мысли мои чисты,

А только дорога.

Тянется скользкий поток машин

Всё выше и выше.

я соскребаю тебя с души,

Иначе не выжить.

Зимородки

Приветствую вас, братцы-зимородки,

Забывшие про тёплые края!

Я ваш навек, пусть век у нас короткий,

По горло льда и снега, мало водки,

Дым Родины – метели января.

Рождённые зимой, зимы осколки,

Разбросаны по берегу реки,

Ползущей вдаль, – мы часто и подолгу

Глядим в неё. И каждый втихомолку

Замаливает общие грехи.

Мы заняли сторожевые ветви.